У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Black Sails: Другая история

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Black Sails: Другая история » Новый Cвет » Море слабых не любит (23 мая 1711 года)


Море слабых не любит (23 мая 1711 года)

Сообщений 1 страница 30 из 85

1

Действующие лица: Джеймс Флинт (Макгроу), Уильям Мандерли, НПС.
Время: 23 мая 1711 года.
Место: к югу от Багамских островов.
Спойлер: военный корабль "Мстительный" сопровождает британское судно с неким ценным грузом, но тут на горизонте показываются чужие паруса. И вряд ли это случайное совпадение.

[STA]Матрос на "Мстительном"[/STA]
[AVA]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/AVA]

Отредактировано Уильям Мандерли (17-07-2017 22:34:13)

0

2

Уильяму больше нравилось ходить в Новом Свете, чем в Англии. Конечно, иногда здесь наваливалась адская жара, но зато не приходилось мерзнуть, как бывало порой у родных берегов, когда промокшая одежда уже совсем не согревала, ледяной дождь бил в лицо, а холодный ветер проникал будто прямо под кожу. Иногда после такой вахты накатывал жар и тяжесть, что сказывалось на работе и что, в свою очередь, не радовало офицеров.
В Новом Свете и дышалось почему-то легче.
Уже три года. Три года прошло как он в последний раз ступал на землю, а вся жизнь сосредоточилась на борту «Мстительного».
Англия, затем Карибское море, берега Америки, Багамские острова, Англия.. и вновь.
Одно было точно: где бы ни находилось судно служба на нем радостью не была и больше походила на каторгу. Или на рабство. Это слово было даже более точным в своем определении: Уильяма силой забрали с улиц Кенсингтона, насильно удерживали на борту и поручали разного рода незавидную работу. Не является ли это рабством? Мандерли, разве что не заковали в цепи. Хотя работа со временем, как он набрался опыта, пусть не стала легче, но более серьезной.
Однако не стоит считать, что одному Билли так не повезло. От самодура-капитана и прихвостней-офицеров, что боялись против тирана и слово сказать, на корабле страдали почти все. Больше всех «сухопутные», затем - опытные моряки. Плетка опускалась на многие спины, а то и еще хуже. Наказания следовали за самые простые провинности, что заставляло команду дружно ненавидеть и бояться капитана.
Но, несмотря на эту взаимную ненависть, «чувства плеча» рядом, чувства товарищества не было: скрытые в команде доносчики заставляли людей больше молчать и не откровенничать друг с другом. Все просто, стиснув зубы, делали свою работу, надеясь, что однажды смогут покинуть борт «Мстительного».
Перед Мандерли такая перспектива пока даже не стояла и у него было всего два варианта освободиться: быть списанным на берег по ранению или умереть. Уильяма не устраивал ни один вариант.
Тем обиднее было, что за все время работы ему заплатили только один раз и то часть денег – словно в насмешку выдав несколько монет. Такова, мол, твоя цена. Уильям знал: это из-за того случая во время мобилизации.. и из-за того, что штурман взялся учить его навигации в свободное время. Но главным образом из-за злобного и мстительного характера капитана.
Каждый день начинался и заканчивался одинаково, лишь иногда покачиваясь из стороны в сторону между отметками «неудачный» и «все плохо». Последнюю неделю дела Уильяма шли довольно успешно – его почти не замечали, а значит скоро следовало ждать неприятностей.
- Вижу парус! По правому борту! – раздался крик впередсмотрящего. И тут же возникла сдержанная, по военному четкая суета.
Такая же легкая суматоха возникла на «Летящем» - судне, которое сопровождал «Мстительный». О том, что «Летящий» перевозит некий ценный груз, знали все, а вот характер этого груза был известен только капитану «Мстительного» и первому помощнику.
Офицеры приникли к подзорным трубам и Мандерли тоже выпрямился, вглядываясь в даль.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

Отредактировано Уильям Мандерли (17-07-2017 22:35:23)

+2

3

Услышав сообщение, Флинт выругался. Наводка была хорошей, очень хорошей. По результатам нападения на очередной испанский корабль простой матрос должен получить не меньше четырех десятков долларов. Капитан флота Ее Величества получает двадцать пять фунтов в месяц! Правда, эти деньги будут спущены его ребятами в таверне и борделе - теми способами, на которые у них хватает вдохновения. Но пусть тратят. Когда придет время, он покажет им возможность другой жизни. Это выгодный рейд, и помеха в пути совсем ни к чему.
Взяв подзорную трубу, он принялся изучать чужие паруса. Не похоже, что это испанцы - то судно должно быть без конвоя. Отсутствие красных крестов на парусах не оставляло сомнений в том, что принадлежность кораблей какая угодно, только не испанская. Он вгляделся тщательнее, как обычно в такие моменты испытывая чувство, что он и капитан неизвестного корабля могут смотреть друг на друга.
Сине-красные флаги, пойманные в поле зрения трубы, подтвердили худшие опасения. Джеймс повернулся к своим людям и отдал приказ:
- Сменить курс! Поворот через фордевинд, идти левым галсом.
Лица некоторых выражали опасение, некоторых - сомнение,  некоторых - азарт. Своим приказом он поддержал первых. Надо уходить. После трех недель пребывания в Нассау, где его ребята привели в порядок корабль и вволю повеселились, они полны задора. Но этот задор следует использовать не здесь и не сейчас.
Когда-то, служа Англии, он любил морские пути. Теперь море и корабль - лишь средство достижения цели, как улица и лошадь для извозчика. Службу он ощущал как призвание; пиратом же он себя не ощущает. Он - самозваный пират. Это роль, маска. Это его работа, которую он выполняет, как иные трудятся в поле, выращивают скот или занимаются ремеслом, только работа вне закона и куда более прибыльная. Он делает то, что умеет лучше всего, чему отдал в королевском флоте без малого двадцать лет. Но флот вышвырнул его, и он не отдает заработанное Короне, а кладет все в карманы команды и свой карман. Потому что Томас юридической практикой не заработает нужной суммы. Особенно учитывая их статьи расходов, своего рода благотворительность. Удивительно, как они еще не прогорели.
Вспомнив о тех, с кем его в очередной раз на время разлучили морские просторы, Флинт усмехнулся - и если бы его кто-то увидел в этот момент, то удивился бы тому, как смягчились черты его лица. Не прогорят, черта с два. Не для того он взял на себя ответственность за этого мужчину, эту женщину, а теперь еще и ребенка, чтобы их планы провалились снова. А возможно, и не было провала?.. Вдруг все это - предначертанный путь?..
Он встряхнул головой: не время для размышлений, таких размышлений, во всяком случае.
Если корабль сопровождения пойдет встречным галсом, стремясь держаться круче к ветру, это верный признак, что он собирается атаковать. И тогда придется решать: поднимать черный флаг и вступать в бой или продолжать удирать.
Меньше всего ему хотелось атаковать корабль, идущий под английским флагом.
Он отдал команду рулевому, Де Грут в свою очередь без возражений послал людей к брасам, но после, разумеется, не удержался:
- Капитан, я не гарантирую, что мы будем на ветре, когда сблизимся с ними.
- А почему мы должны с ними сближаться? - Флинт постарался, чтобы в его голосе не прозвучало раздражения.
"Морж" шел легко, небо было ясным… жаль. Он бы предпочел сейчас непогоду. Быстрое изменение маневра может их выдать, но рисковать, приближаясь к военному кораблю, он не мог. Мирные торговцы не плавают на судах с двадцатью шестью пушками, не считая фальконетов.
Они уйдут и вновь лягут на нужный курс, и ограбят испанский корабль. Флинт вскинул голову, посмотрел на паруса - не начинают ли заполаскивать. Нет, все отлично. Остается надеяться, что и у военных, и у его команды хватит ума оценить ситуацию по достоинству и не пожелать незапланированного действа.

[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://s9.uploads.ru/ftSZM.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (25-08-2017 04:58:18)

+1

4

Со своей позиции невооруженным глазом Уильям толком ничего не увидел, только корпус чужого корабля и белые паруса. Поэтому он потаращился вдаль с минуту и вернулся к работе. Было время уборки, когда палубу сначала окатывали водой, а затем натирали утяжеленным сверху куском пемзы. И снова – водой. А после уж будет время сухой приборки. Кстати, именно за это Мандерли тоже любил Новый Свет: лучше провести два часа босым с закатанными рукавами на жаре, чем под дождем и при холодном ветре.
Матрос не слышал толком о чем говорил капитан и офицеры, до него долетали только отрывки разговоров.
- .. курс.. слишком резко.. испугался..
- .. нет флага.. похож по описанию..
- .. капитан.. опасно..
- .. уходит.. пересекает линию ветра..
- ... передать сообщение «Летящему»!.. на перехват..
- .. нельзя оставлять..
- Выполняйте!
Последовали короткие отрывистые приказы и почти тут же зазвучала глухая барабанная дробь – сигнал к исполнению приказа о подготовке корабля к бою. Теперь у каждого, хоть после вахты ты отдыхаешь, хоть выполняешь другие работы, была одна обязанность: занять свой боевой пост как можно скорее.
И вновь отрывки разговора со стороны шканцев:
- Не хватает помощников канонира...
Уильям знал о чем идет речь. Это плаванье оказалось самым неудачным и губительным из всех, что были на его памяти. Болезней и смертей избежать не удалось, несмотря на то, что за чистотой на корабле следили, причем довольно ревностно – заслуга доктора. Многие матросы и даже некоторые из младших офицеров заболели и умерли. Когда с этой неприятностью удалось покончить, то начала протухать пресная вода, а в еде всегда можно было найти личинок. Корабль давал течь больше чем обычно и иногда вместе с откачанной водой они выкидывали за борт дохлых крыс. Двое матроса, ослабленные после болезни, погибли, сорвавшись вниз. Еще и шторм, в который они попали в Атлантике, унес несколько жизней – людей просто смыло волной за борт, в том числе и одного из мичманов. На это капитан сказал лишь:
- Болваны!
Работы на каждого члена экипажа теперь приходилось больше, а морская пехота на корабле продолжала прохлаждаться, «наслаждаясь» плаваньем, что тоже не добавляло морякам смирения и спокойствия. Люди ходили мрачными, а капитан с офицерами не хотели и не замечали этого. Только сейчас будто осознали, что в команде недобор и придется перераспределять матросов.
Сам Уильям давно научился управляться с парусами, действовал быстро и ловко, не боялся высоты и мог удержаться даже при самой сильной качке. Но марсовым его назначили только из-за безысходности и нехватки людей. А, может, мистер Стилман надеялся, что Мандерли в один момент сверзится вниз и сломает себе шею – вот и будет месть за подбитый давным-давно глаз.
Там, наверху, и должен был находиться Уильям после сигнала о подготовке к бою. Но, как оказалось, не в этот раз.
- Грин, Эдвардс, Мандерли, Томас! Поступаете в распоряжение мистера Купера.
Мистер Купер – артиллерийский квартирмейстер, направил матросов к разным пушечным расчетам под командование канониров, которые уже проверяли готовность орудий.
Уильям не видел, но знал, что сейчас другие матросы помогали развертывать лазарет, кто-то из них обматывал реи цепями, иные растаскивали тюки с ватой, за которыми можно будет укрыться от огня противника. И по всему кораблю выполняют еще много подготовительной работы. Затем, матросы встанут в живую цепь, чтобы подавать боеприпасы – если те закончатся.
- Будет сражение? – напряженно поинтересовался Скотти, который трусил каждый раз, когда предстояло сражение.
Мандерли покачал головой, а затем пожал плечами.
- Посмотрим. Иначе зачем их преследовать?
- Думаешь, это каперы? Чтобы перехватить груз?
- Может быть. Ты же знаешь как относится капитан к каперам, - негромко ответил Уильям. Замолчал и добавил. – Если только нас специально не уводят в сторо..
- Заткнитесь! – рявкнул канонир.
Мандерли замолчал, вспомнив что любое личное мнение здесь может быть, волей капитана, приравнено к бунту. Он поднял голову, бросая короткий взгляд на капитана Миллера, который находился на шканцах и продолжал вглядываться в чужой корабль, будто мог одной силой взгляда понять чужие замыслы.
Они быстро и верно шли на сближение.
- Флага не видно, - сообщил один из офицеров, опуская подзорную трубу.
- Сигнализируйте им, - небольшая пауза. - Подойдем с левого борта.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

Отредактировано Уильям Мандерли (17-07-2017 22:35:36)

+2

5

Можно было не беспокоиться, что сейчас начнут стрелять - для этого расстояние еще слишком большое. А если и начнут, то ядра не достигнут цели.
Но вряд ли капитан конвойного корабля не умеет рассчитать, когда открывать огонь.
Если корабли будут держаться выбранных курсов, они столкнутся. Флинт нахмурился, прикидывая расклад действующих на "Морж" сил и понимая, что стоит готовиться к ближнему бою. У него два противника - и стоит это предупредить.
На ноке рея корабля-преследователя взлетели флаги*, которые значили: "Лечь в дрейф". От "Моржа" требовали оставаться на месте, то восходя, то нисходя к ветру.
Его взяло зло, и он впал в тот упрямо-решительный настрой, который помогал ему как моряку, но который порой было так трудно смягчить на суше. За пять лет это будет лишь второй английский военный корабль, что подвергнется нападению с его стороны. Вынужденно подвергнется, как и в первый раз. Теперь снова пострадают офицеры, такие же, каким был он. Матросы, каким он был еще раньше. Пострадает другой корабль - вероятно, торговый, - если только не проявит должной осторожности. А если разобьют их? Нет, никаких мыслей о поражении. Разве не это он посоветовал в первый же день Томасу?
Припугнет ли этих преследователей черный флаг? Вряд ли, раз уже началась погоня. Военные корабли обязаны преследовать пиратские суда, и черный флаг лишь поспособствует боевому настроению. Надо же, какой правильный капитан. Идейный или боится возможного доноса? обвинения со стороны команды второго корабля? И тот, и другой капитаны - просто идиоты, если им есть что охранять. Внутренний голос шепнул, что некто Макгроу несколько лет назад непременно горячо одобрил бы погоню за пиратом, но он сказал голосу заткнуться и начал отдавать необходимые приказы.
Закипела работа, а он попытался прикинуть расстояние. Бой пойдет с левого борта.
Он не сожалел, что выбрал этот вариант: попытайся "Морж" пройти прежним курсом мимо этого фанатика, итог был бы тем же - захотели бы разузнать, что к чему.
- Приготовьтесь, Девис. Огонь с левого борта,  - сказал он командующему канонирами и вновь повернулся к Де Груту: - Мы не должны позволить взять нас в клещи. Увеличим скорость, пусть догоняет тот, кто быстрее и умелее. И я знаю, кто это будет. Отдать бом-брамсели.
Въедливый мастер скривился, но повторил приказание команде почти не медля. Славно. Флинт ненавидел пререкания - сказывалась прошлое в королевском военно-морском флоте. Как пиратскому капитану ему пришлось научиться выслушивать возражения и привыкнуть к мысли, что беспрекословно ему подчиняются только в бою.
На всех парусах "Морж" накренился и стрелой понесся вперед. Флинта окатило брызгами воды, и это обычное приветствие морских просторов сейчас стало для него почти радостным. Поиграем в догонялки, пришла ему в голову неуместно-шутливая мысль. Неожиданно азарт ощутил и он сам. Странно это было - не нападать, а делать все, чтобы избежать нападения.
- Капитан, вы хотите уйти от них?
Конечно же, это Гейтс. Сметливый, так хорошо понимающий его Гейтс. Во всяком случае, в том, что касается выбора манеров.
- Да, я хочу уйти от них. - Лучший выбор - говорить правду, когда это возможно. - Или же находиться в выгодной позиции, если придется принять бой.
- Команда заинтересована вторым кораблем.
- Я ничего о нем не знаю. Пусть команда полагается на проверенную наводку. Все уже забыли, сколько заделывали пробоины после прошлого раза?
- И потеряли запасной рангоут. Прямехонько ядро попало… - Гейтс горестно почесал лысую голову. - Ну, будь по-вашему.
- Будь по-моему? - прищурился Флинт. - Даже так? Какая милость, Хэл!
- Простите, капитан. Но мы влипли, и я не хочу, чтобы нас разнесло на кусочки.
- Не разнесет. Напротив, я хочу выйти из этого положения с наименьшими потерями.
Пока есть жизнь - есть надежда. И жизнь прекрасна, в том числе сейчас. Кем бы он себя ни считал, по меркам закона он - пират, а для пирата не позор уклоняться от огня. Преимущества есть везде. Интересно, в бешенстве сейчас оба капитана или только один? Почему-то насчет одного он не сомневался. Жаль, нельзя увидеть корму и прочитать название вверенного этому решительному человеку судна. По губам Флинта скользнула тень улыбки.

*

Первый сборник флажных сигналов был издан в Англии в 1653 году. Значение сигнала зависело не только от вида флага, но и от места его подъёма, а также от сопровождения определённой комбинацией парусов или выстрелами из орудий. Международная система была принята в 1857 году. http://www.flags.ru/lect.asp?Id=5

[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://s9.uploads.ru/ftSZM.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (09-07-2017 23:56:37)

+3

6

Кажется капитан Миллер совсем не удивился, когда его приказ незнакомое судно проигнорировало. Даже больше: корабль не только не остановился, он сделал попытку уйти. Будто мелкий хищник, заприметив хищника покрупнее, бежит в страхе, уже забыв про свою добычу и мечтая только о спасении свей шкуры.
Уильяму не надо было поднимать голову и вглядываться в лица людей на шканцах, он и так знал, что на лице капитана застыло мрачно-отрешенное выражение и только глаза его горят каким-то ненормальным светом. Капитан Миллер ненавидел пиратов и не было для него удовольствия больше, чем загнать черный флаг в угол и растерзать. Офицеры, кто в большей степени, кто в меньшей, поддерживали своего капитана; у команды и выбора-то не было.
К тому моменту, как корабли начали приближаться друг к другу, к бою на «Мстительном» все было готово. Люди замерли в ожидании. Напряжение витало в воздухе, но страха, как такового, острого, колющего, заставляющего паниковать не было. Почти каждый из моряков уже участвовал в бою и представлял чего следует ожидать. Некоторые нервничали, беспокойно потирая руки или смахивая пот со лба – вот и все.
Уильяму на миг вспомнился тот день, когда он в первый раз попал в безумную круговерть сражения. Сначала он помогал плотнику с помощниками убирать переборки внизу, а затем натягивал веревочную сетку над палубой, чтобы обломки такелажа, если случится такое, не падали на головы экипажа. Потом «Мстительный» мучительно долго сближался с кораблем противника, пытаясь занять выгодное положение для первого залпа.
И - выстрелы. Грохот стоял, как ему, семнадцатилетнему мальчишке, показалось невыносимый, он чуть не оглох. Однако парализующего ужаса Мандерли тогда не испытал и даже сам этому удивился. Может быть он не сразу понял что делать, но тычок от боцмана направил его в нужную сторону.  Если хочешь жить: выполняй свои обязанности. И если другие будут их выполнять, то выживут все.. ну, почти все. Многие.
Еще Уильям помнил как щедро была разлита кровь после рукопашной и помнил запах крови, смешанный с ароматом теплого уксуса, которым кок после сражения обрызгивал палубу. И как они потом оттирали бурые пятна с досок.
Эти воспоминания не были шокирующими, как и не были приятными, но они были самыми первыми, самыми яркими картинами яростной и быстрой смерти, а потому прочно укоренились в голове. Именно во время первого боя оцениваешь свои силы, понимаешь трус ты или нет. 
Затем было легче. Им приказывали убивать и они убивали.
Иногда, лежа в шумном кубрике в гамаке и пытаясь урвать хоть немного сна после «собачей» вахты, которая доставалась ему довольно часто, Мандерли размышлял в чем разница между ними и пиратами. И те и другие подчиняются своим жестоким капитанам и вынуждены терпеть их самодурство. И те и другие убивают людей по приказу. Только пираты за это получают свою часть награды, а Уильям – ничего.
Чем отличается военный флот, каким видит его Мандерли, от пиратской братии? Разве что пираты грабят мирных мореплавателей и убивают их, а потом – отправляются на берег. Они же, военные моряки – подданные Короны. А что лично он видел от Короны?
Они вынуждены сражаться с пиратами, но только пираты делают это за призовые деньги, а военные матросы бьются за свою жизнь. И никакие высокие цели и громкие слова не изменят сего простого факта.
Иногда Уильяму казалось, что он не один задумывается о таких вещах, что и головы других посещают подобные мысли, но никто и никогда не смел даже слово обронить на эту тему – все безумцы на «Мстительном» быстро отходили в мир иной.
«Летящий» медленно отставал. У него была больше осадка да и с «Мстительного» поступил сигнал, предписывающий заботиться о грузе. Видно его важность была слишком велика, чтобы рисковать получить пробоину в днище ниже ватерлинии.
- Передайте сообщение, - голос капитана Миллера звучал спокойно-безразлично. – Если они не остановятся, то мы заставим их остановиться.
Банально соблюдение протокола, хотя всем и так понятно: не остановятся. Но время передать послание еще есть: давать первый залп бездумно капитан не собирался. При всем своем скверном и злопамятном характере он не был глупцом или безумцем; он отлично знал свое дело и одержал не одну победу на морских просторах. Вот и сейчас капитан Миллер явно выжидал момент, чтобы подойти достаточно близко и с максимальной силой использовать первый залп из орудий.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

Отредактировано Уильям Мандерли (17-07-2017 22:36:32)

+3

7

- Сигналят, капитан! - доложил матрос, который на военном корабле занимал бы должность сигнального мичмана. Но это был просто Джерри Янг, обученный грамоте молодой парень, который добровольно вызвался вызубрить основные сигналы: дневные (флажками) и ночные (с помощью огней). Сперва Флинт изобразил по памяти необходимое для него в блокноте, а затем смог предоставить и сигнальную книгу - ценное приобретение с первого и пока единственного взятого на абордаж военного корабля. - Приказывают остановиться. Или… или они будут атаковать.
Сообщение начало передаваться по цепочке, и команда зашумела.
- Капитан, зададим им жару!
- А что ты с них получишь? Это военные, черт бы их побрал.
- Как что? Их корабль!
Не обращая пока на этот шум внимания, без излишней спешки Флинт подошел к Янгу.
- Дай я сам посмотрю.
Он вновь направил подзорную трубу на преследующий их фрегат. Да, верно. Ну что ж… Поиграем. Один корабль отстает, все так, как он рассчитал.
- Сигналь: "Не понял", - приказал он.
Янг начал привязывать к фалам флажки. Отойдя от борта, Флинт вышел в центр палубы - объявить о своем решении. Пусть он будет окружен командой, пусть чувствуют, что капитан готов прислушаться к ним.
- Мы сейчас впереди. Пройдем у них перед носом, подпустив на нужное расстояние, и произведем бортовой залп по палубе. Потом, двигаясь вдоль борта, произведем второй залп в упор по корпусу. Затем возьмем их на абордаж. Все понятно?
В ответ раздались радостные крики согласия и одобрения. Флинт понимал, о чем думают его люди: да, устав у нашего капитана своеобразный, и странный он, книжки читать любит, ученый слишком... но и в обиду не даст.
- Есть ответ? - крикнул он Янгу, остающемуся на своем посту.
Он получит известие об ответе или отсутствии такового и в любом случае поднимет черный флаг. Вот теперь самое время.
Чтобы пройти перед носом преследующего их корабля, нужно снизить скорость и сделать поворот - снова пойти правым галсом. Выполняя этот маневр, они станут досягаемы для выстрелов, однако и залп с "Моржа" достигнет цели. Эта атака должна причинить достаточно разрушений, чтобы они могли без особого ущерба повернуть снова и, ударив по корпусу, наполовину вывести корабль из строя. Этот военный фрегат, насколько можно было понять, был сравним с "Моржом" по своим характеристикам.
Поначалу его выбору удивлялись. Большинство пиратов в Нассау предпочитали шлюпы или бригантины: небольшие суда проще килевать, на них проще заходить на мелководье, при этом они достаточно быстроходны, но раз за разом Флинт убеждался в верности своего решения. Пусть у небольших судов соотношение площади парусов к водоизмещению и больше, но он знает, как выжать дополнительный узел скорости, а большой корабль может нести больше пушек, что жизненно важно при подобной встрече. Боевой корабль военно-морского флота - грозный противник. В пользу решения остановить свой выбор на "Морже" говорило и то, что он привык управляться с командой большого корабля. Только теперь он был капитаном.
[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://s9.uploads.ru/ftSZM.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (12-07-2017 05:39:52)

+2

8

На корабле все молчали. Каждый сконцентрировался на своей задаче, не желая пропустить нужный приказ – от этого зависели их жизни. Да и новости, доносившиеся со шканцев, были крайне интересны, а уловить их можно было только закрыв собственный рот.
- Сигналят «Не понял»! – раздался крик.
Лицо капитана Миллера чуть дернулось, а затем появилась кривая усмешка.
- Они сами определили свою судьбу, - рассчитывал ли капитан на ответ, когда велел сигнализировать, или это была просто формальность, соблюдя которую он обезопасил себя при дальнейших возможных разбирательствах?
Почему-то Уильяму казалось, что здесь, скорее, второе. Они дали предупреждение и теперь никто и ничего не мог предъявить капитану «Мстительного».
И как странно: их сигнал не поняли, но свой отправить сумели. Неопытный сигнальный? Только не в такой ситуации!
Специально? Вряд ли. К чему это?
Честно говоря, Мандерли даже не знал что и думать. С другой стороны, ему об этом думать и не полагалось, скорее даже запрещалось. Матросы обязаны лучшим образом выполнять свою работу, а все остальное, что появляется в голове, лишь мешает этому. Вот только запретить себе думать Уильям не мог, тем более что пока вся его работа сводилась к тому, чтобы крепко держать пушечный таль.
Вряд ли капитан Миллер рассчитывал на легкую победу. Он был умен и осознавал, что противника надо ценить и уважать до тех пор, пока его не убьешь. Думай он иначе – и сам давно покоился бы на дне морском. Сколько было капитанов, что окрыленные собственной мнимой значимостью и самоуверенностью, недооценили противников - грязных пиратов?
Чуть изменился звук барабана и пушечные расчеты вскинулись, готовые действовать. Суда приближались друг к другу и последовал приказ открыть пушечные порты по правому борту – именно этим бортом рассчитывал капитан Миллер подойти к противнику.
- Накатывай! 
Орудие, к которому был отправлен Мандерли, откатили и зарядили едва прозвучал первый приказ «К бою!», так что теперь они просто налегли на накатные тали. Орудие двинулось вперед к борту, высовывая дуло и занимая позицию для выстрела. Прослабленный брюк свернулся кольцом на палубе.
Уильям с силой тянул таль, стараясь, со своей стороны, удержать орудие при качке неподвижным, чтобы канонир мог прицелиться, регулируя подъемный клинч. Уже был проткнут протравником картуз через специальное отверстие в тыльной части пушки, уже насыпан порох в запальное отверстие и на полку. Оставалось только протянуть руку к бочонку для фитилей на поддоне и поджечь порох. 
Только подойти еще немного ближе, чтобы выстрел был наверняка.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

Отредактировано Уильям Мандерли (17-07-2017 22:37:13)

+2

9

...А если бы на этом корабле был Хеннесси? Увидит ли он когда-нибудь его снова? Быть может, адмирал уже мертв? Смог бы он отдать команду стрелять, если бы знал, что Хеннесси там?
Смог бы, если бы они встретились вот так и Хеннесси атаковал бы его. Потому что он убьет любого, кто будет представлять опасность для Томаса. Для Миранды. Для их ребенка. И для него - потому что он не должен, не может бросить их в одиночестве на этом забытом Богом (местный пастор не в счет) островке.
На этом корабле порядка тридцати пушек. Вполне можно устоять. И вот теперь самое время для ритуала. Внесем еще немного сумятицы в умы. Если эта сумятица, конечно же, есть.
- Поднять черный флаг!
Он проводил взглядом известное в этих краях черное полотнище со скелетом, держащим в костлявой руке меч*, и отдал гораздо более важный приказ: 
- Поворот оверштаг, мистер де Грут!
Этот флаг - обозначение намерений, дань традиции - так и остался ему чужим. Догадывается ли об этом кто-то, кроме двух человек, которые знают ответ наверняка?
Де Грут медлил, очевидно, делая свои расчеты.
- Лево руля! - не дожидаясь его, скомандовал Флинт рулевому, окинул взглядом команду и встал за штурвал сам.
- Привести судно к ветру! - наконец произнес долгожданное Де Грут.
Флинт  одобрительно кивнул. Да, корабли сблизятся на предельно опасное в отношении начала стрельбы расстояние, зато именно "Морж" укажет правила игры.
Закипела работа. Прошедшие многократные тренировки под руководством мастера Де Грута и Флинта, люди действовали по-военному четко и быстро. Поначалу ему стоило большого труда организовывать эффективные учения без флотской муштры, но в конце концов навыки пиратов, даже не имевших особого опыта в своей прошлой жизни на стороне закона, улучшились достаточно для того, чтобы на мастерство команды можно было положиться в самой рискованной затее. Нападай он без разбора государственной принадлежности корабля - к этому году уже "прославился" бы как главная гроза морей.
- Шкоты передних парусов! Отдать шкоты!
Пираты, слушая приказы Де Грута, споро выполняли свою работу.
Паруса фок-мачты заполоскали, потом обстенились, корабль начал приводиться к ветру. Инерции было достаточно для такого поворота, они успели набрать необходимую скорость, но тем не менее сейчас она терялась. Нет, он не мог просчитаться. Еще немного. Они успеют выстрелить первыми. Даже если первым не выдержит другой капитан… пока еще их не достанут. "Морж" перешел линию ветра.
- Пошел брасы! - снова крикнул он, не дожидаясь Де Грута.
Матросы споро начали травить правые и выбирать левые брасы. Заскрипели перебрасопливаемые реи. Паруса на новом галсе опять наполнились ветром.
Теперь дело было за наиболее выгодным курсом.
- Полрумба влево, - бросил он рулевому, передавая ему штурвал. - И держи так.
Взяв резко налево, идя правым галсом, когда ветер дул им справа, они могли обстрелять носовую часть фрегата. Затем они повернут снова, чтобы оказаться по левому борту противника. Разумеется, не все будет гладко, ведь…
- Идут направо, капитан!
…Ведь противник рано или поздно разгадает их маневр. Флинт раздраженно навел подзорную трубу на фрегат. Канониры левого борта были готовы и ждали только его команды.
Он нанесет удар непосредственно по Англии снова. Против того, что было обговорено с Томасом. Это еще больше укрепит легенду о кровожадных чудовищах.
Но он отвечает за этих людей не меньше, чем отвечал за тех, кто служил под его началом. Они доверили ему свои жизни, и у него с ними уговор. Ему и самому нужно остаться живым и, по возможности, невредимым. Стрелять нужно сейчас, или все затеянное потеряет смысл, они и так, скорее, заденут не нос, а борт…
- Огонь! - приказал он, и время остановилось.
Борт "Моржа" взорвался снопами пламени.

Флаг

http://s2.uploads.ru/C5ZSF.jpg

[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://s9.uploads.ru/ftSZM.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (12-07-2017 05:41:14)

+1

10

Уильям кожей ощущал напряжение. Все понимали: вот-вот их вовлекут в самую гущу сражения, из которого живыми вернутся уже не все, кто-нибудь да погибнет. Вот только кто это будет? Разумеется, каждый надеялся, что и в этот раз его беда обойдет стороной, что снаряд пролетит мимо. Только ни ум, ни сила тут помочь не могли, лишь одна удача. Еще опыт – во время абордажа. И, честно говоря, Уильям искренне надеялся, что для победы им хватит нескольких метких залпов.
Канонир уже держал фитиль в руках, но стоял, чуть согнувшись, готовый при необходимости отрегулировать орудие. Мандерли и Скотти продолжали тянуть таль, так что лафет ни на фут не сдвигался. Из открытых портов до них долетали брызги соленой воды. И тут пришло едва ощутимое беспокойство, словно ветерком спустившееся вниз со шканцев.
-.. что они?..
- Какого?..
- ... пройдет бо..
- .. беззащитны...   
- Пираты!..
Посыпались приказы, повторяемые по всему кораблю. Засуетились марсовые – и их слаженная и четкая работа была лучшим показателем пользы от сотен тренировок сурового капитана. 
- Орудия по левому борту готовь!!
«Мстительный» резко забрал вправо. Красно-синий флаг тревожно встрепенулся, заворачиваясь, но затем так же резко с хлопком распрямляясь.
Они потратили несколько мгновений, чтобы закрепить пушку – не сделай этого, и она понесется по палубе, причиняя страшные беды. А затем Мандерли, вместе со своим расчетом, резво рванул к левому борту, торопливо, под сердитые выкрики канонира, принимаясь за работу. Прежде всего выбили колодки, помогающие фиксировать лафет, затем схватили откатные тали, заставляя орудие оказаться на позиции, удобной для заряжающего, и так и держали, чтобы качка, бывшая сейчас изрядной, не сдвинула орудие к борту, и чтобы не задавило товарища.
Готовый картуз с пороховым зарядом был плотно утрамбован прибойником, следом отправилось ядро и был забит пыж. Уже и порох на полку торопливо и щедро сыпанули.
- Накатывай!!
Дуло пушки оказалось снаружи.
- Фитиль! Где чертов фитиль?! – мальчишка, отвечающий за поднос воды и за годные фитили, метнулся в их сторону.
- Огон..!..
Раздался приказ стрелять, но выполнить его не успели. Раздался грохот и ужасающий треск – безымянный корабль, пошедший на столь внезапный маневр, успел дать залп первым. Он пришелся прямо по левому борту и, как показалось Мандерли, чуть ли не разворотил его до самой ватерлинии. Но, как оказалось, ущерб, хотя и был велик, но все же не столь губителен.
В тот момент, когда судно сотряслось от удара, Уильяма чуть было не бросило на палубу, но он сумел устоять и даже удержать свой таль, хотя и дал ему послабление: он инстинктивно, даже не думая, пригнулся. Что-то ударило его по спине и на голову посыпались мелкие щепки – вот и весь ущерб.
А вот Скотти с дрогой стороны отпустил трос, из-за чего пушку повело в сторону, с силой ударив заряжающего, который болезненно вскрикнул и рухнул. Уильяму пришлось уворачиваться, чтобы и его не прибило на излете.
- Держи!! – завопил канонир, сам хватая упущенный конец. Неимоверными усилиями орудие удалось вернуть на место. Заряжающего утащили в лазарет. Мимо прокатилось ядро, выскользнувшее из укрепленной корзины.
По лицу Мандерли тек пот, заливая глаза, но не было возможности разжать ладони, чтобы
утереть лицо.
- Накатывай!!
Часть пушек пришли в негодность или временную недееспособность. Но отдельные орудия еще были готовы потрепать вражеский корабль.
- Стрелять по готовности!!
К пушке поднесли фитиль – выстрел! Отдача отбросила орудие назад и Мандерли тут же отпустил трос, чтобы его самого не дернуло вперед. Где мгновением раньше, где - позже зазвучали и другие орудия. Пушка после выстрела за счет отдачи отлетела назад и тут же была отброшена брюком обратно к борту.
- Тяни!!
У них не было возможности прицелиться, отрегулировать положение пушки. Они стреляли на удачу и, вполне возможно, враг уже отошел в сторону. Только офицерам со шканцев виднее. У Уильяма даже не было времени голову поднять, чтобы бросить взгляд вокруг, что уж говорить о том, чтобы пялиться на капитана. Хотя, взгляни он в сторону Миллера, то увидел бы полное мрачной решимости выражение лица, на котором была написана ненависть к пиратам и желание разделаться с ними любой ценой. Воистину любой: и не важно сколько жизней из его экипажа прервутся сегодня. 
- Перезаряжай!!..
Кто-то из помощников канонира щедро плеснул воды на пушку, остужая ее.
- Чисти!
Мальчишка – юнга схватил пустое деревянное ведро и бросился к правому борту, чтобы зачерпнуть воды для следующего раза. Скотти, заменивший заряжающего, умело и быстро чистил канал ствола банником. Кто-то из матросов, обычно подносивших ядра, занял его место.
- Перезаряжай!!.. Перезаряжай!.. Паруса!.. 
Со всех сторон раздавались крики, громкие команды. Витал дым, через который лица людей казались сизо-призрачными.
Больше выстрелов со стороны противника пока не было. Раненых спешно и не слишком церемонясь, уносили в лазарет. Крики и стоны больше не резали слух, хотя прошло едва ли больше пары минут.
И что там? Разошлись с пиратами? Сильно ли их потрепало?
Эти мысли, отрывистые, лихорадочные, то и дело возникали в голове.
И опять по «Мстительному» эхом прошелся приказ – разворот. Опять пойдут на сближение с пиратами. Только каким бортом? Вряд ли капитан Миллер будет подставлять искалеченный борт с неполным набором пушек, а значит пушечным расчетам придется вернуться на правый.
Скорее всего.
И еще донеслось легкое:
- Это флаг капитана Флинта..

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

Отредактировано Уильям Мандерли (17-07-2017 22:37:40)

+3

11

Если им суждено было наткнуться сегодня на военных, хорошо, что это оказался корабль такого ранга. Пушек ненамного больше, чем на "Морже", пушечные порты на одном уровне. Корабли расходились: "Морж" с наветренной стороны, пострадавший фрегат с подветренной. Успеют или нет?
Грохот, вспышка и содрогнувшаяся палуба стали убедительным доказательством, что не успели. Не хватило самую малость. Залп накрыл "Морж" по корме, и Флинт с трудом устоял на ногах. Рулевой, теряя равновесие, навалился на штурвал, однако удержал корабль на прежнем курсе. Сколько попаданий? Одно, два… больше? Вряд ли больше.
Он не ошибся; боцман Рэндалл, опытный моряк, проведший в море, по его словам, не менее сорока лет, вскоре доложил о повреждениях. Одно ядро попало в борт в районе бизань-мачты и вывело из строя пушку, убив одного и ранив троих, второе, пущенное под большим углом, угодило ближе к кормовой галерее*, не долетев до нее самую малость. Капитанская каюта не пострадала.
Что делать дальше, было яснее ясного. Кораблям не следует сильно расходиться, иначе у неприятеля будет время оправиться. "Морж" вновь приведется к ветру, продолжит этот маневр оверштагом и нанесет новый удар. Им нужно уйти вправо, по возможности резче. Ветер, оставаясь умеренным, слегка усилился, и он не удивился, когда Де Грут подошел и заявил, что они несут больше парусов, чем велит благоразумие, если планируется еще один оверштаг и сближение, после чего предложил взять бом-брамсели на гитовы. Подумав пару мгновений, Флинт согласился.
Если фрегат захочет уйти - они не станут преследовать, но если решит продолжить, то непременно подойдет другим, непострадавшим бортом - правым, и этот маневр - самый простой и быстрый путь снова с ним встретиться - стоит проделать предельно точно. Плохо то, что пушечным расчетам придется перестроиться, но они справятся. Флинт быстро спустился к пушкам. Воздух был мутным от дыма.
- Готовьте к бою орудия правого борта. Подойдем ближе, чем в первый раз. Откроете порты, когда мы повернем. Стрелять по моей команде по борту. Приведите в негодность как можно больше пушек, и корабль почти наш. Для второго залпа распределите расчеты, чтобы поразить и фальконеты. Если все сделаем, как надо, их небольшое преимущество не сыграет никакой роли.
По фальконетам - значит, уже по палубе, это кормовые и носовые орудия, которые непременно используют, если решат противостоять абордажу. Если не сделать этого, погибнет много его людей. И лучше постараться уничтожить орудия и вместе с ними прервать несколько жизней, чем стрелять картечью в ответ, выкашивая живую силу противника.
- Представляю, что станут говорить о нас, когда мы расскажем это дома, - заметил один из канониров. - Второй корабль флота Ее Величества!
Такая мысль совсем не радовала. Тем не менее Флинт радостно оскалился в самой широкой из своих улыбок, припомнив имя:
- Да, второй, Малдун. Однако чтобы было, чем хвастаться, стоит снова выстрелить первыми.
Малдун ухмыльнулся в ответ, и он отошел уверенный в том, что все будет исполнено как надо. Время отдать следующий приказ.
- Право руля!
"Морж" начал забирать вправо, поворачиваясь, казалось, бесконечно долго; наконец он снова встал носом против ветра - под руководством Де Грута начали брасопить реи грот-мачты, затем корабль начал ложиться на левый галс, гротовые паруса забрали ветер; приступили к брасопке остальных реев.
Неприятель разворачивался тоже. После нового "обмена любезностями", очередной порции огня, дыма, щепок и пыли от древесины, разрываемой ядрами, не говоря уже о пролитой крови, если фрегат не отступит, останется только подойти вплотную, зацепить чужой борт баграми и кошками и вступить в рукопашную. Безусловно, на борту есть морские пехотинцы, ну и так и на "Морже" имеются неплохие стрелки, которые прикроют абордажную команду. При этом он прекрасно знает, что фрегат королевского флота - не торговое судно, его капитан скорее умрет, чем спустит флаг перед пиратами и отдаст им корабль. Подобное означает по прибытии на родину позор и трибунал.

Из памяти никогда не изгладится первый военный корабль, с которым они не по своему желанию вступили в бой и победили: корабль с пробитыми бортами, разбитым в щепки рангоутом и разорванными парусами. Тогда он впервые ощутил глубокое уважение команды - к себе и "Моржу". Откуда им было знать, что потом, заперевшись в каюте, он проклинал себя последними словами и пил не от радости, а с отчаяния. Цель оправдывает не все средства, говорил ему Томас. Есть принципы, которыми нельзя поступаться - как Томас любит эту фразу! И не меньше, чем то сражение, ему хотелось забыть свои чувства, с которыми он рассказал дома обо всем. Томасу, не Миранде, которая нянчилась с полугодовалым ребенком. Скрыть произошедшее было невозможно, даже если бы он смог договориться со своей совестью: в первые же два часа эта история, многократно приукрашенная, разлетелась по всему городу.

Чертово невезение. Чертов капитан. Стойкий напыщенный идиот, во имя чего он так старается? Если уж на то пошло, неужели Короне так плохо от того, что он терроризирует испанцев? Да, всю прибыль забирает себе самозваный капер, ну так разве английская казна от этого обеднеет?
Риторические вопросы. Было понятно, что для капитана военного судна один пират ничем не отличается от другого. Их надо топить и вешать в назидание и для устрашения. Помнит ли сейчас кто-то в Англии о проекте шестилетней давности, предусматривающем помилование?
- Мы легли на нужный курс, капитан.
Голос Гейтса. Самое время вспомнить о том, что корабль готовится снова вести бой, и проконтролировать канониров.
- Так держать.

*Вид кормы "Моржа"

http://sf.uploads.ru/VkfOg.jpg

[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://s9.uploads.ru/ftSZM.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (15-07-2017 06:52:46)

+2

12

В кубрике не так уж много тем для разговоров, особенно если учитывать что любое недовольство по поводу начальства находится под жестким табу. Семьи, любовницы, выпивка, вкусная еда, иные радости пребывания на берегу.. и особое место среди этого занимают морские байки и рассказы, правдивые лишь наполовину. Истории о испанцах или о пиратах заставляют на время ощутить что у них есть один общий враг, против которого они и выступают единым флотом.
Черная Борода и Хорниголд – имена, что были на слуху, но которые уже, с течением времени, обросли столькими домыслами, что выловить среди всех рассказов правду было невозможно. Другие дело тот же капитан Флинт, с которым они, кажется, и столкнулись. Баек и нем было поменьше, но вопросов едва ли не больше.
Говорили, разумеется, о его жестокости – ведь он пират! Болтали, что у него в команде водятся даже острозубые, раскрашенные яркими цветами дикие индейцы и негры, у которых из одежды одни только бусы из человеческих зубов и звериных клыков; и что они выскакивают из  дыма, словно черти из ада и убить их невозможно, потому что им благоволят свирепые боги старого мира. 
В других рассказах капитан Флинт с командой представлялся чуть ли не капером на службе Короны, столь редко он сталкивался с английскими судами – таких рассказов, по сути, почти и не было.
Мандерли не верил ни в одни байки, ни в другие. Все эти рассказы брали начало из пьяных россказней в тавернах да в борделях, а сколько в этих местах правды? Столько же, сколько и чести.
Впрочем, сейчас у них всех есть замечательная возможность сравнить хитрость и ловкость капитана Флинта из историй с реальностью.
- Будем подходить к ним правым бортом..
- Капитан, не разумнее ли будет продо..
- .. ваше мнение меня не интересует..
- с помощью «Летучего»..
- .. выполняйте!..
- Орудия по правому борту готовь!!
Перезарядка пушки занимает много времени и сил. Едва они подготовили орудие с левого, покалеченного борта (сразу же накатили и укрепили лафет, чтобы не ездил по палубе), как нужно было мчаться на другой. Ну а по правому борту было проще: нужно только держать таль крепко да отрегулировать подъем пушки для стрельбы – снарядить ее они успели раньше.
- К абордажу готовсь!! – это строился отряд солдат морской пехоты. Красные с белым мундиры один за другим выстраивались в короткие ряды, щетинились оружием. Кажется сейчас и «лобстеры», прохлаждающиеся во время плаванья, будут отрабатывать свое жалование. Лейтенант – главный над морской пехотой в этом плаванье, лично прошелся перед строем, проверил готовность солдат и их оружия.
Не все сухопутные хорошо переносили плаванье, многих из них даже на рейде мутило, а во время движения и вовсе выворачивало, что стало причиной многих насмешек со стороны моряков. Со временем солдаты обвыклись, но службу свою, что в начале, что и сейчас, несли слишком ревностно – за это матросы их тоже недолюбливали. И порой в кубрике вспыхивали ссоры, не один раз заканчивающиеся поркой.
Только теперь они делали общее дело и были на одной стороне. И Мандерли хотелось верить, что у солдат хватит сил одним махом перебить всех пиратов капитана Флинта и его самого.
Заканчивалась спешная подготовка к встрече с врагом. Они уже совершили разворот и шли навстречу с неприятелем. Поправляли разбросанные после первого выстрела тюки с ватой, за которыми можно укрыться от выстрелов. Лейтенант расставлял своих людей.
Капитан Миллер только что передал свою подзорную трубу первому лейтенанту и теперь стоял на шканцах напряженный, заложив руки за спину и словно что-то обдумывая.
- Стрелять по команде!

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

Отредактировано Уильям Мандерли (17-07-2017 22:37:52)

+3

13

Флинт ждал и высчитывал время. Ближе… нужно ближе.
- Право помалу. Убрать нижние прямые паруса.
На палубе выстроились морские пехотинцы в красном. Готовятся. Но нельзя спешить. Нужно уничтожить пушки, столько, сколько они смогут.
Он видел открытые порты с правого борта фрегата. Подойти еще немного… Все незанятые в управлении кораблем приготовились к абордажу. Их будут прикрывать стрелки. И лучший из них, мистер Боклерк. Боклерк никогда не стреляет мимо.
Он схватился за леер, и, как это часто бывало, ему вдруг показалось, что он смотрит на происходящее со стороны. Здесь не он. Он где-то в другом месте. Дует легкий ветерок, шелестит листва… он в Лондоне? Или это сахарный тростник, совсем созревший, и он на Нью-Провиденс?
Ему сунули в руку какую-то тряпку.
- Капитан, пора. - Голос Гейтса.
Он тупо взглянул на темно-серый шарф. Ну да, конечно. Быстро обмотав рыжие, выгоревшие на солнце волосы, он прикрыл свободным концом шарфа от носа до подбородка веснушчатое лицо и закрепил шарф у виска. Выдавали бывшего лейтенанта Макгроу только зеленые глаза с вызывающе длинными, пушистыми ресницами.
Не один он закрывал лицо перед схваткой, но вряд ли кто-то из команды мог помыслить о том, как важно это для него сейчас.
Пора. Залп из орудий правого борта - в правый борт. Успеют ли они перезарядить пушки и сделать еще залп до того, как перейти к абордажу? Противник движется к ним явно с тем же намерением.
Не думать. Действовать. Сейчас все решает реакция и тренированность орудийного расчета. Капитан фрегата Ее Величества рассчитывает на неорганизованность пиратов? Зря. Этот капитан пиратов прошел ту же школу.
Огонь.
Залпы, казалось, раздались одновременно. Грохот, крики, треск, огонь и клубы дыма. Кто был первый? Сколько уничтожено орудий?
[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://s9.uploads.ru/ftSZM.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (17-07-2017 05:54:46)

+4

14

Иногда корабли «танцуют» вдруг вокруг друга мучительно долго, стараясь занять более выгодную позицию или украсть у противника ветер. Эти перемещения могут продолжаться часами, выматывая обе команды. Но только не сегодня. 
Уильям и все остальные ждали, готовые к грохоту выстрелов и спешной, в дыму и криках, перезарядке.
Со своей позиции он еще не видел вражеский корабль, но чувствовал, что он не так далеко. Сколько осталось до встречи? Успеют пробить склянку?
Со шканцев послышался приказ. Вновь не столь громкий, чтобы последний матрос, откачивающий воду в трюме, услышал ее. О, нет, капитану Миллеру не требовалось кричать – за него это делали подчиненные. Несколько коротких фраз жестким тоном и боцманы уже дерут глотки, повторяя слова капитана. Иногда складывалось впечатление, что они за это получают дополнительную порцию спиртного в полдень – так уж они старались. А как звучали боцманские дудки, когда капитан поднимался на борт! Словно сам архангел Гавриил спускался с небес.
- Перезаряжай картечью! – приказ был неожиданным, но, сам по себе, говорил многое: капитан и вправду принял решение свести бой к сражению лицом к лицу. Стрелять ядрами хорошо, если пытаешь потопить противника или причинить ему такие повреждения, чтобы он сам сдался. Картечь же не причинит особого урона судну, но может посеять смерть среди экипажа, если выстрелы будут удачными.
Значит капитан Миллер решил идти на абордаж, пусть даже эту тактику на военных судах использовали не часто, предпочитая топить противника. Но совсем иначе думал капитан «Мстительного». Казалось ничто так не мило его сердцу, как показательный процесс над пиратами, а затем – их тела, вздернутые на виселице или покачивающиеся в железных клетках на главной площади.
И разве это не двойная радость: повесить не безызвестного капитана Флинта?
Капитан Миллер был горазд на внезапные приказы. Готовился всегда по максимуму, рассматривал разные варианты, но решение принимал внезапно – чутье у него, что ли, так работало? И, видимо, он, несмотря на выстроенную пехоту, до последнего сомневался как поступить; и решил только что в последний момент. Он не мог не понимать, что рискует. Если не удастся взять корабль пиратов на абордаж после этого выстрела, то его огневая мощь будет ничтожна перед силой противника, у которого останутся целыми все пушки по правому борту и почти все – по левому. Капитан сделал выбор: уничтожать людей или орудия, в пользу первых. Может быть и вовсе рассчитывал захватить судно и отрядить небольшую часть команды отвести приз в ближайший порт?
Перезарядить не стрелявшую пушку гораздо проще, чем снаряжать орудие заново. Не надо ни охлаждать его, ни прочищать дуло. Откатил, поорудовал шуфлом да перезабил заново картуз и картечь, вместо ядра. Следи только чтобы ядро по босым ногам не прокатилось.
Так они и сделали, правда впопыхах с запальной полки рассыпалось вокруг немало пороху – не беда. Водой и кровью все смоется. Главное, чтобы искра или раскаленное ядро не подпалило.
- Накатывай! – вновь рявкнул канонир и Мандерли налег на пушечные тали.
Одновременно с этим со шканцев спустилась еще одна весть, встреченная матросами, которым предстояло участвовать в абордаже, радостными криками.
- Тому, кто убьет капитана Флинта по возвращении в Англию – неделя отпуска! Тому, кто захватит его в плен живым – две!
Вот за это Уильям ненавидел капитана Миллера: как легко он управляет и манипулирует людьми, создавая в необходимый момент нужный настрой. Сейчас все матросы были полны желания броситься вперед, разметать всех, кто встанет у них на пути, и вцепиться в капитана Флинта. К своему неудовольствию Мандерли ощутил, что и его не покидает такое же желание: неделя или две на берегу ему совсем лишними не были. И Уильям хотел исполнить этот приказ, пусть даже он был отдан не ему.
Но каков Миллер: ограничивая своих людей в том, что причиталось им по праву, он давал команде шанс заработать немного больше своей кровью. Как легко сделать людям хорошо: сначала нужно сделать им невыносимо плохо, а затем дать послабление.
- Вот было бы здорово поймать капитана Флинта, да, Билли? – крикнул Скотти, который не мог не понимать, что пушечным расчетам рассчитывать на поимку Флинта не приходится. Как и всем тем, кто управлял кораблем. Счастливчики, которые имели сейчас шанс отличиться, уже получили оружие.
- Смотри как бы капитан Флинт тебя первым не поймал! – ответил Мандерли. Уильям и вовсе знал: даже если он лично приведет к капитану Миллеру Флинта, Хорниголда и Черную Бороду вместе взятых, то никакого отпуска не получит. Слишком велики были у них с капитаном противоречия.
- .. сразу после залпа.. резкое сближение.. не взирая ни на что.. мы должны подойти!.. сцепляем.. не дать опомниться и.. пехота.. – вновь донеслись отрывки резкой, отрывистой беседы со шканцев.
- Стрелять по команде!
Они едва успели перезарядить. Громада чужого корабля была совсем рядом. Нос к носу.. еще ближе..
«Мстительный» забрал ближе, намереваясь после выстрела сойтись бортами.
- Огонь!
Почти беззвучно в окружающей суете вспыхнула пороховая дорожка.
Выстрел. Пушка дернулась назад. 
И тут же или все-таки чуть раньше – Мандерли не успел оценить, был дан залп по «Мстительному». Показалось, словно корабль разорвало. Разумеется, это было не так, но их позицию разметало ядром с пиратского корабля. В дыму все осыпалось щепками. Мандерли отбросило куда-то в сторону.
Опять закричали. Приказы. Суетились марсовые. Мелькнули красные мундиры морской пехоты.
Это все заняло лишь мгновение, но в это же мгновение произошло слишком много и тут же все закончилось. На Уильяма нахлынула такая плотная пелена, будто безразличный океан сомкнул над его головой свои глубокие воды: ни луча света, ни единого звука.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

+3

15

В обычной жизни о минутах говорили редко, предпочитая говорить о часах: встретимся в семь вечера, расстанемся около полуночи. Мгновения и вовсе не играли роли.
Но то в обычной жизни.
Пушки "Моржа" выстрелили с разницей в долю мгновения: часть их нашла цель уже тогда, когда противник сделал залп; часть - одновременно или долей мгновения раньше.
Флинт ждал залпа по борту. Все пушки целы, отчего военным не попытаться потопить корабль, доставивший столько проблем?
Часть абордажной команды ждала своего часа на орудийной палубе, у лестниц, ведущих на шкафут, часть расположилась уже на шкафуте, укрывшись за фальшбортом.
Он был рядом с рулевым на шканцах, Гейтс был неподалеку, у нактоуза.
То, что стволы пушек на военном корабле поднялись под неожиданным углом, стало неожиданностью, и крики "Ложись!" прозвучали позднее, чем следовало.

Позже он корил себя за этот случай. Флаг был поднят позже, чем следовало. На самом деле хотел разозлить врага, он дразнил его, и раздразнил излишне. Это было тем более неразумно при условии, что он хотел сражаться как джентльмен: планировавшийся и не осуществленный первый залп по палубе в нос фрегата, без сомнения, послужил бы причиной многих смертей, в том числе от щепок, но в первую очередь повредил бы орудия на баке, паруса и рангоут. Возможно, получилось бы, думал он, высадить офицеров и матросов в шлюпки, а фрегат отвести в Нассау, выделив на это часть людей под командованием Гейтса. Рэндалл управился бы и без квартирмейстера, а "Морж" продолжил бы свой путь к испанскому торговому судну.
Он ошибся. Ошибся потому, что, являясь пиратом, в глубине души все еще считал себя сослуживцем тех, кто находится на фрегате.
В первый раз было проще: военные заметили их и начали преследование, когда пираты с "Моржа" заканчивали переносить ценности с португальского судна. Наводка указала на испанца ошибочно: корабль оказался союзническим, однако выбора не было. Не напади он - случился бы бунт. Как и сейчас, убежать не удалось, пришлось вступить в бой. Тогда он не ощущал проклятой двойственности. Он был преступником и сражался, как преступник. Теперь же…

Картечь скосила большинство стрелков на шканцах и баке, поразив также двоих новичков, высунувшихся раньше положенного. Щепкой от фальшборта ранило рулевого; одежду и шарф на лице забрызгала кровь из развороченной груди стрелка-шотландца. Маклейна.
Им овладела слепая ярость. И этих людей он хотел щадить? Забыл, что Англия не щадит никого?
Раз так - он будет убивать тоже.
Еще лежа он дотянулся до гранат, уложенных в ограждение из досок; вынул одну и, шатаясь, встал на ноги. Времени почти что нет: картечь не так тщательно забивают в ствол, не требуется и наводки, как при стрельбе ядром.
- Подходи! Приготовиться!
Помощник рулевого повернул штурвал еще на полрумба.
Он зажег фитиль пальником от молчавшего сегодня фальконета, и, размахнувшись, бросил гранату в сторону врага. Следуя его команде, на палубу фрегата метнули еще несколько полых, начиненных порохом чугунных шаров с горящими запалами.
Начали раскатывать тяжелые рулоны сетей, чтобы перебросить их через борт, превратив в веревочные лестницы. Одновременно с этим кинут крючья и мостки.
Нет, "Морж" не капитулирует, не будет захвачен или потоплен.
Он убьет этих людей.
Убьет затем, чтобы вернуться и продолжать помогать тому человеку, который хочет сделать такие взаимные убийства ненужными.
Он - преступник и заслуживает виселицы уже только за смерть одного офицера. В тот раз убитых лично им офицеров было двое. Сколько будет сейчас?
Королевский флот хочет этой войны, и он ее получит. Пока Томас не прекратит ее.
[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://sf.uploads.ru/7yKaS.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (22-07-2017 03:27:43)

+3

16

Капитан Миллер не был полностью доволен происходящим, но это было его обычное состояние. Идеального боя не бывает и приходится совершать ошибки, оступаться – хотя в тот момент, когда принимаешь решение, все кажется верным.
«Мстительный» пострадал в бою – это очевидно и без торопливого доклада от главного плотника, который сейчас, вместе с командой, лихорадочно заделывал пробоину в борту. К сожалению, пробоину по самому уровню ватерлинии. Мистер Стилман – первый помощник, предложил поставить несколько человек на помпу, чтобы начали качать воду, иначе совсем скоро судно накренится. Но у капитана Миллера было иное мнение: сначала нужно уничтожить пирата, вырвать его с простора морей и прижечь место его пребывания каленым железом, и только после – все остальное. «Мстительный» продержится на плаву достаточно долго, чтобы они успели не только взять на абордаж пиратское судно, но и подлатать пробоину. На основательный ремонт они встанут, когда достигнут берега. Сейчас же, в их потрепанной неудачным переходом команде, каждый человек на счету.
Как, должно быть, и у пирата после того как он испробовал английской картечи – и эта мысль была исключительно приятной для Миллера.
Да, военные получили залп в борт, потери были велики, часть пушечных расчетов оказалась выведена из строя, других задело щепками и кусками дерева. Люди, в дыму и крови, лежали на палубе. Но это было необходимо. Нельзя выиграть войну, не заплатив свою цену.
А люди.. людей на корабль они доберут потом. Есть старый проверенный способ: опытных моряков снять с какого-нибудь торгового судна, остальных набрать с берега хотят они того или нет.
- Всем готовиться к абордажу!
Капитан Миллер не торопился бросаться вперед первым, но и от схватки не бежал. Когда раздавались выстрелы из пушек, то он продолжал стоять прямо, ловко удерживая равновесие; отступил, конечно, на несколько шагов в сторону, но не больше. И потом, когда в их сторону полетели гранаты, лишь пригнулся. Нет, ему ничего не угрожало.
Раздались взрывы и новые крики. Ладонь капитана скользнула на эфес оружия, поглаживая и будто успокаивая его: сейчас.. сейчас..
Первые выстрелы морской пехоты должны были убрать стрелков на судне пирата Флинта – максимально возможное количество. Затем вторая, большая, часть морской пехоты скосит меткими выстрелами тех безумных пиратов, что бросятся на абордаж первыми. Пусть скрепляют корабли крючьями и баграми, пусть подставляются – Миллера это вполне устраивало. После этого военные пойдут вперед, перебросят и свои мостки – сбитые доски с шипами внизу, нахлынут на корабль противника и займут его.
Таков был первоначальный план и теперь только и оставалось, что воплотить его в жизнь.
Пребывая в беспамятстве Уильям Мандерли не мог слышать и не мог почувствовать с каким треском и содроганием сошлись корабли. В этот раз никто не отдал команды выбросить вдоль бортов кранцы из плетенной пеньки, чтобы ослабить удар, да и не было на это времени и людей.
Мистер Стилман на мгновение поднял взгляд, бросая короткий взгляд на реи, к концам которых были прикреплены крюки для разрыва такелажа судна противника – сцепились? Хотя это было не так важно.
Абордажная команда по возможности укрылась от выстрелов противника за разложенными заранее тюками.
- Готовсь!!..
Морская пехота ждала команды. Только стрелок на марсе мог стрелять по необходимости и на свое усмотрение, если видел подходящую цель. Двое людей торопливо перезаряжали и подавали ему оружие.
Тогда-то и прилетели со стороны пиратского корабля гранаты, круша «Мстительный» и раня людей. Они нанесли неизбежный урон, пошатнули строй, но не сломали его.
Выстрел с марса.
И крик: 
- Огонь!

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

+3

17

Он будет руководить на корме, Гейтс - на другом конце судна. Гейтс возглавляет абордажную команду, однако при столкновении с военными им стоит сформировать два отряда.
Давались последние наставления, повторяемые из раза в раз вне зависимости от того, сколько на "Морже" было новичков: пистолет, который есть у каждого, использовать только при гарантии попадания, зря пули не тратить. Команда была готова: почти у всех размалеванные лица, у кого-то больше, у кого-то меньше, были и совсем причудливо раскрашенные темнокожие, обвешанные яркими амулетами, мало напоминающими кулоны и ожерелья пиратов-европейцев. Каждый знал свою роль, и все же с трудом мог унять волнение. Обычно чем больше шума поднимают нападающие, чем страннее выглядят, тем вернее деморализуют противника, но то верно с торговцами, а что с военными? Матросы в прошлый раз испугались, но не офицеры.
- Вперед!
Пуля просвистела совсем рядом, словно в ответ на его приказ. В кого хотел стрелять неизвестный стрелок? В того, кого считал капитаном? Он бы крикнул Боклерку, чтобы прикрыл - любой толковый офицер располагал снайпера на марсе, и бывший лейтенант Макгроу тоже, но пришлось пригнуться от новых выстрелов. Он все еще оставался за фальшбортом, на "Морже".
Еще ружейные выстрелы. Ирония судьбы - выпущенная меткая пуля помогла уберечься от них.
Раздались стоны раненых, их перекрыл вопль Джошуа, с которым тот всегда шел в атаку. Будь ситуация иной, он бы улыбнулся, вспомнив, как пугают не знающих людей накладные челюсти Джошуа с зубами от пираньи.
"Морж" не даст новый залп из пушек: канониры задействованы в абордаже, только несколько человек осталось у бизань-брасов. Судя по характеристикам военного фрегата, число людей там и на "Морже" соотносимо, оттого необходимо бросить в рукопашную всех, кого возможно.
Вот почему он держит людей вроде Синглтона, всему оружию предпочитающих абордажные топоры.

Ради того, чтобы держать этих людей в узде, он носит маску капитана Флинта. Маска не прирастает к его лицу потому, что дома есть руки, которые умеют ее снять. Но он счастлив, что Томас, несмотря на все его идеи, не просит взять его на корабль. Довольно того, что Томас видел однажды - когда они покидали Лондон. Томас не должен испытывать иллюзий на его счет, а даже если испытывает... лучше так, чем наоборот. Во всяком случае, он честен. Любой человек должен понимать, что убивает даже обычный военный. Убивает капер. Иногда убивает много людей сразу. Что же говорить о находящемся вне закона?
Строя планы с Томасом, он говорит о том, кем будет Томас. Томас - прирожденный губернатор, даже если и считает, что об этом говорить еще рано. Они развивают свое влияние на суше и на море, среди горожан и среди пиратов, которые не ведают, что согласно плану мистера Томаса Барлоу и Джеймса Флинта им предстоит стать мирными жителями Нассау. Но кем станет он при Томасе? Создаст милицию, возглавит ее? Создаст мирный флот? У него будет право не ответить за свои преступления. Помилование коснется всех. Но правильно ли это? Быть может, капитан Флинт должен уйти на покой как-то иначе? К примеру, стать тихим фермером? Но Томас... какой из него фермер? Его таланты должны служить людям.
Эти мысли периодически изводили его и в такие моменты мешали чувствовать себя счастливым. Но потом он отодвигал их в самые дальние уголки души и говорил себе, что не стоит гневить судьбу. Они со всем справятся, ведь они вместе.
Только пусть Томас остается на суше. Он согласится с любыми идеями Томаса, на которые тот так горазд.

С абордажным палашом в руке, уже пять лет как сменившим офицерскую саблю, он перемахнул через борт и нанес первый удар. Серебристый лейтенантский галун обагрился кровью. Ранен? Нет, от такого умирают. Флинт рубанул палашом, словно тем же топором, клинок глубоко вошел в тело. Вытащив оружие, он развернулся и замахнулся снова, приберегая пули в двух пистолетах за поясом.
Кто же капитан этого фрегата? Доводилось ли им видеться?
Очнувшись было, он снова отключился, растворяясь в безумии и ярости. Сейчас нельзя думать. Нужно просто чувствовать. Будто клинок - твое продолжение.
Время думать настанет позже, когда первое сопротивление будет отбито.
...Боклерк оценил ситуацию и прицелился в снайпера на марсе корабля противника. Своего рода дуэль. Тот целил вниз, и не на палубу "Моржа". Значит, рулевой его не интересует.
Ветер слегка развернул корабли, как единое целое, часть ноков реев сцепилась, но основной такелаж был цел - не считая некоторого количества талей, поврежденных картечью.

[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://sf.uploads.ru/7yKaS.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (23-07-2017 10:26:20)

+3

18

Абордаж начался все же не совсем успешно. Первые выстрелы морской пехоты принесли свои плоды, но затем бой, как планировал капитан Миллер, не перекинулся на вражеский корабль. А все потому что вместо пиратов показались разряженные пугала – иначе Миллер, со злостью и досадой, никак не мог охарактеризовать этих людей. К сожалению, такого мнения придерживался лишь он да его офицеры, а вот матросы явно пришли в замешательство и ужас – и этого хватило, чтобы потерять инициативу.
Вот он – минус набирать команду из отребья, ошивающегося в порту. Даже если люди, собранные при помощи мобилизации, оказываются обучаемы, то во время боя показывается все их настоящее происхождение, невежество и темнота. Достаточно противнику причудливо нарядиться да вопить погромче – и души матросов охватывает едва ли не парализующий страх. Но кто знал, что враг применит этот простой, но неожиданный ход?
Морская пехота, конечно, сохранила строй – это были люди иной закалки. Но одних их было мало, чтобы оттеснить пиратов обратно и бой завязался на борту «Мстительного». Отгремели выстрелы, люди пошли врукопашную. Матросы, по большей части, преодолели страх, хотя и выбора у них не было: сражайся или умри. И все же в их движениях не было стремительности и решительности; они уже успели позабыть о награде, назначений за капитана пиратов и думали только о сохранности своих жизней. Рассыпался и ровный строй морской пехоты – теперь каждый бился против своего личного противника. Кто-то из красных мундиров вскочил на мостки, собираясь совершить рывок вперед, но не удержался и сорвался вниз, рухнув прямо между двух бортов.
Часть пиратов были разряжены, другие лишь прикрывали свои лица – и это не удивляло капитана Миллера, который, выхватив саблю, вновь испытал всю гамму чувств ненависти к морским разбойникам.
Ничего еще не было потеряно. Они оттеснят противника или просто перебьют их до единого на борту «Мстительного», а потом захватят призовой корабль.
Капитан Миллер не рвался в бой первым, но и последним быть не собирался. В руке уже сабля, которая требует крови и он собирался напоить ее и свою жажду. Первому пирату капитан нанес колющий удар из-под руки в сердце. Зайти с боку трусость? Не во время такого боя! Здесь одно правило: уничтожай противника любым способом. Вновь зазвенела сталь. Миллер отразил удар, нацеленный ему в горло и попытался нанести ответный, чтобы распороть пирату брюхо. 
И вот еще неприятность: среди этого маскарада никак не отличить капитана Флинта от остальных. А ведь, убив главаря, можно было деморализовать остальных головорезов!
Выстрелы со стороны военных тем временем почти совсем прекратились, только продолжал работать стрелок на марсе, но слишком медленно, опасаясь задеть и своих. А еще он только что чудом уклонился от пущенной в него самого пули, он наклонился – просто повезло. Зато эту пулю за него «поймал»  в живот один из заряжающих, с коротким вскриком свалившийся вниз на палубу. Второй заряжающий, едва успев подать готовое оружие, прижался к марсу. А стрелок попытался найти новую цель – желательного того, кто метил в него.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

+3

19

Попав сперва на шканцы, Флинт вынужден был отступить - пехотинцы контратаковали. Но, отступая, он знал, что это ненадолго: они увяжутся за ним и будут перебиты. Он двинулся по левому борту в направлении фок-мачты и, продвигаясь, стал свидетелем сцены из подзабытой им жизни. Слов было не разобрать, но матроса, или раненого, или контуженного, явно побуждали подняться. Или тут была настолько драконовская даже по меркам королевского флота дисциплина, или дела совсем плохи, а скорее всего, и то, и то.
Пространство вокруг постепенно освобождалось. Он парировал и рубил, не находя пока что настолько сильных противников, чтобы схватка продлилась дольше ожидаемого. Но и золотого галуна на форме пока не встретилось.
Эта мысль побудила вернуться к основному намерению - зачистить шканцы. Он вернулся назад сравнительно без усилий - и встретился взглядом с рулевым. Тот отважно не покидал свой пост и вместе с тем не пробовал стрелять. Остановившись, Флинт позволил себе перевести дыхание.
Ударила о палаш пуля; в бой ринулся один из морских пехотинцев, его поддержал товарищ; сражаться с двумя противниками одновременно не входило в планы Флинта, и он выхватил из-за пояса первый пистолет, стреляя почти в упор. Один из "красных мундиров" рухнул, держась за левую сторону груди; с другим они обменялись страшными, тяжелыми ударами, и в итоге он обезвредил противника, нанеся ему наискось режущую рану от уровня нижней пары ребер и ниже. А потом развернулся, готовясь встретить нового неприятеля, страшась увидеть хоть мельком знакомое лицо и одновременно мучительно желая этого - потому что познал, что встречаться со своими страхами полезно.

Позже он будет думать и анализировать, во имя чего был этот бой. Для чего умерло столько людей. Будет размышлять над тем, что стоило подойти тщательнее к тому, чтобы предотвратить эту кровавую расправу.
Но Томас, умный Томас, напомнит ему, что везде есть две стороны - и одна сторона не может решить всего. Добрая воля должна быть с двух сторон.
После первой встречи с военными его иногда посещала шальная мысль: что было бы, если, встретив тот корабль, он бы бросил оружие, сдался и устроил из суда целое представление, произнеся доводы свои и Томаса, соображения, которые они формулировали еще в Лондоне и которые корректировали здесь, соотнося с новой ситуацией? Но то была мысль сродни навязчивому: а если я прыгну с горы, вдруг я не упаду, а полечу? Рисковать так было бессмысленно, даже живи он один: если бы он и дожил до суда, слушать его бы не стали. Кроме того, помимо него на "Морже" было без малого сто человек команды. Понимая, что мысли эти самоубийственны, он отбрасывал их, не говоря о них даже Томасу: ведь он не думает об этом всерьез и тем более не собирается этого делать. Томаса и без того огорчает его самокопание. А видеть Томаса счастливым ему хотелось больше всего на свете.

…Корабль качнулся, и выстрел прошел мимо. Приметив маневр "коллеги", Боклерк лег, опасаясь высовываться. С ним не было помощников, им он предпочитал несколько заряженных ружей. Из шести таковых теперь осталось три.
[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://sf.uploads.ru/7yKaS.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (26-07-2017 01:37:24)

+2

20

Первой чуть дернулась ладонь, едва заметно сдвигаясь. Мандерли еще не пришел в себя и не осознавал что вокруг происходит и даже едва ли в эти мгновения помнил себя, но первое ощущение – гладкие, отполированные десятками босых ног и каждодневной уборкой, доски, которых он касается пальцами, словно подтолкнули его изнутри. Вернулись все воспоминания.  И сразу же обрушились звуки и слишком яркий свет, когда Уильям распахнул глаза.
Сопровождение «Летящего». Пираты. Капитан Флинт. Выстрелы. Абордаж. Должен был начаться абордаж..
Вокруг раздавались крики ярости, а еще крики боли и ужаса. Кто-то не просто кричал, а визжал, словно свинья, которую резали. Скрипело дерево – суда касались друг друга бортами. И сильно пахло порохом и кровью.
Матрос попытался тут же вскочить, но по затылку прошлась резкая боль, от которой на миг потемнело перед глазами, тут же заставившаяся отказаться от этой мысли. Мандерли уткнулся лбом в палубу, пытаясь собраться с мыслями и силами – видно его контузило, когда пиратский «подарок» распорол борт «Мстительного».
За тот миг, что он поднял голову, взгляд его успел ухватить совсем немного, но достаточно, чтобы понять – пушечный расчет, к которому он был приписан на время боя, закончил свое существование: Скотти буквально разворотило, канонир убит и безразличные ко всему мирскому глаза смотрят в небо. Заряжающий еще раньше был отправлен в лазарет. Повезло, что сам Уильям остался цел.
Мандерли ощутил как по затылку стекает кровь, чуть шевельнулся, поднимая руку и касаясь головы; пальцами нащупал рану – он обо что-то приложился затылком.
И тут же получил злобный пинок под ребра, от которого на миг задохнулся.
- Не устал отдыхать еще, Мандерли? – по голосу ошибиться было сложно. Мистер Стилман. – Или шкуры на спине слишком много, плетей давно не получал? Встать!
Уильям, даже забыв ответить, перевернулся на живот и двумя руками оттолкнулся от палубы, оказываясь на ногах. Палуба покачивалась, но не только из-за кормовой качки: вместе с палубой покачивался горизонт, заваливаясь то в одну сторону, то в другую. Впрочем, с каждым мигом мир приобретал все большую устойчивость.
Мистер Стилман стоял немного потрепанный, лицо искажено от злости, в руках сабля, уже испачканная в крови.
- О твоей попытке дезертирства будет доложено капитану! – с угрозой заметил офицер и тут же исчез. Видимо время, отведенное на внушение матросу, закончилось и Мандерли, полуприслонившись к лафету опрокинувшейся пушки, только сейчас понял почему.
Сражение с пиратами не только не закончилось, но было в самом своем разгаре и кипело на борту «Мстительного». 
Прошло меньше минуты, как Уильям выпрямился и пока стоял, немного пошатываясь. Мир вокруг почти перестал переворачиваться, но все еще казался нереальным, словно Мандерли наблюдал за всем происходящим со стороны, будто он лишь зритель разыгрывающейся на подмостках театра драмы и все происходящее, очерченное слишком резко, его не касается. В голове не было ни одной мысли – только гул.
Стрелок с марса видел откуда стреляли – пороховое облачно выдало противника. И, надо сказать, стрелял тот крайне метко. Военный успел укрыть от пули вновь только чудом – и долго это продолжаться не могло.
Заряжающий пытался дрожащими руками подать ружье, но из-за качки или, что еще вернее, из-за страха, выронил его. Ружье рухнуло прямиком в собачью дыру по правой стороне, зацепилось за ванты нижней мачты и упало на палубу.
Стрелок выругался сквозь зубы и схватил другое, уже готовое к стрельбе ружье. Больше снаряженного оружия не было, но его помощник пытался исправить это, дрожащими пальцами закладывая пулю.
Противник хорошо укрылся и поймать момент, чтобы можно было его увидеть, оказалось сложно. Еще сложнее вовремя выстрелить. Но пока не попробуешь..
Выстрел.

Капитан Миллер резко взмахнул саблей, смахивая капли чужой крови и обернулся. Пока ситуация на судне не радовала. Оттеснить пиратов на их корабль никак не получалось. Атаку же военные отбивали где успешнее, а где – нет. Особенно расстарался мистер Стилман, который успевал не только скрещивать свой клинок с противниками, но и делать столь полезные внушения остальной команде, заставляя их сражаться.
Один из пиратов, укрывший лицо под черным платком, остановил сразу двоих морских пехотинцев – слишком большие потери из-за одного разбойника. Миллер в пылу боя уже покинул шканцы и теперь целенаправленно бросился на человека в черном. Замахнулся, собираясь нанести удар чуть сбоку, справа налево: чтобы не только ранить пирата, но и иметь возможность отразить его удар, если тому удастся увернуться и ответить.
Какие бы поступки в своей жизни не совершал капитан Миллер, но в одном он оставался верным: он всегда ценил сильного противника. Ведь нет никакой доблести в том, чтобы победить слабака.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

+2

21

Свершилось. Чисто выбритое лицо капитана было ему знакомо. Знакомый Хеннесси? Флинт уклонился всем телом, капитанская сабля разрезала кафтан и сорочку, оцарапала кожу. Черт, потерял концентрацию… Он парировал наотмашь. Нет, они встречались не в Адмиралтействе… Не на задании...
Он сделал выпад, защищая себя, но не стремясь прорваться через блок - не раньше, чем вспомнит.
"…Надеюсь, они получили по заслугам?" - всплыл в памяти саркастичный вопрос, обращенный к Беррелу, капитану, под чьим началом он служил три года. Речь шла о подавлении мятежа на одном из кораблей. О да, получили. Двадцать зачинщиков были казнены, в два раза больше наказали, остальных простили. Предписанный во вторник тост "За наших моряков!"*, желейный торт, приготовленный коком. Шутки, воспоминания. И лейтенант Макгроу двадцати четырех лет от роду**, с любопытством взирающий на офицера несколькими годами старше его. Капитан, прославившийся в конце прошлого века успешной защитой торговых судов от французских корсаров, равно как и охотой на них.
Миллер.
Теперь он был готов убить. Миллеру повезет умереть быстро: команда обозлена, и, достанься он ей, расправляться с ним будет медленно. Он совсем не уверен, что сумеет остановить их после того, что произошло. Его не поймут. И на их сторону встанет Гейтс, который станет убеждать его, что эта расправа необходима для восстановления морального равновесия команды.
Бился не пират с офицером, и не лично Джеймс Макгроу с бывшим сослуживцем. В его понимании сражался новый мир, который хотел создать Томас, с миром старым. Он защищал мир, где должны быть исправлены былые ошибки. Мир, где нет и не будет подобия Ньюгейта, Бедлама или виселиц доков Уоппинга. Где наказание будет давать возможность начать новую жизнь. Но корабль этих идей не может прийти в порт, не окрасив воды в крови.
Отразив очередной удар, он сделал ложный выпад, чтобы затем ударить по плечу.

…Пуля задела грот-мачту. Боклерк остался лежать, предпочтя сейчас не рисковать понапрасну. Он умел выжидать, испытывая терпение своего капитана, но пока еще ни разу не подводил его.

Офф, * и **

Офф - маневр Флинта может сейчас и не сработать.

* http://s7.uploads.ru/KDxcS.jpg
**1700 год

[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://sf.uploads.ru/7yKaS.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (27-07-2017 06:00:26)

+3

22

Мандерли приходил в себя мучительно долго, мир никак не желал принимать его в свои объятия, только и позволяя что наблюдать со стороны. А посмотреть было на что.
Стрелок на марсе досадливо выругался, выхватывая ружье у заряжающего. Прицелился и вновь выстрелил, то ли пытаясь кого-то достать на пиратском судне, то ли пытаясь удержать врага в стороне от общей схватки своими выстрелами.
Взгляд Уильяма выхватил и первую пару сражающихся: это был капитан с противником, который прикрыл платком свое лицо.
Чуть в стороне можно было приметить мистера Бланта – одного из младших офицеров, который вполне соответствовал своей фамилии*. Тот, резко вскинув руку, выстрелил в пирата, который, подняв абордажный топор мчался на него; затем, ощутив шум за своей спиной, офицер обернулся и тоже увидел Миллера. Раздумывал он не долго и бросился к сражающимся явно с намереньем помочь своему капитану.
Но ближе всех находились личности еще более колоритные: это были военный моряк и некто, по описанию крайне похожий на безумного дикаря из рассказов о команде капитана Флинта. Полуголый, раскрашенный дичайшим образом, с украшениями на шее – он орудовал одной абордажной саблей и кинжалом так ловко, что его противник едва успевал уворачиваться и парировать удары. О том, чтобы нанести ответный, не могло идти и речи. Среди еще не до конца развеявшегося дыма от пушек это выглядело крайне впечатляюще. И закончилось ожидаемо: клинок вонзился в грудь военного моряка и тот с коротким хрипом осел на палубу. А дикарь повернулся, выискивая нового противника: взгляд его уткнулся в Уильяма. 
Мандерли не был суеверным и понимал: все же это человек. Всего лишь человек. А любого человека можно убить, нужно только постараться.   
Вот только, к сожалению, у Уильяма опыта сражения во время абордажа было не так уж много. На кулаках он драться хорошо умел – этому еще жизнь дома научила, как и орудовать ножом; а вот саблю он в своей вольной жизни ни разу не держал; на борту «Мстительного» тоже никто не стремился обучать «сухопутного» премудростям владения холодным оружием. Для отражения подобных атак у них на корабле была пехота. Он нахватался, конечно, немного там и сям от старших товарищей да во время нескольких сражений – и у него неплохо получалось, но если на что и мог рассчитывать сейчас, то не на опыт, а на силу, которой обделен не был, и ловкость. А сколько это даст ему в неизбежной схватке?
У него и оружия-то совсем никакого не было. Почему-то никто не подбросил ему за время, что он валялся без сознания, ни сабли, ни пистолета. От безысходности Уильям бросился в сторону, подхватывая клоц – цилиндрическую щетку из щетины на длинном штоке, обычно используемую для чистки орудия. Не убить им, так хоть защититься.
А дикарь уже налетел, словно черный смерч, ударил с размаху, сверху вниз, саблей. Мандерли качнулся назад, вновь упираясь спиной в лафет, вскинул клоц, древко которого тут же с треском хрупнуло, без труда ломаясь под мощным ударом. Еще бы! Абордажной саблей можно двери прорубать, что тут просто древко.
Зато удар был приостановлен, дикарь на миг открылся и Уильям воспользовался этой возможностью: не тратя времени на замах, пнул пирата ногой, отталкивая от себя прочь, и при этом попытался заехать остатками щетинистого клоца ему по лицу. Первый удар вышел удачным, второй получился смазанным. Дикарь отшатнулся, отступая на несколько шагов, но успел резануть кинжалом, расчерчивая по правой руке Мандерли тонкую красную полоску.

Миллеру первым же ударом удалось слегка зацепить одежду пирата, но это ничего не значило. Капитан не собирался терять голову, окрыленный легким успехом, который мог оказаться случайностью. Поэтому же Миллер еще не прикладывал все усилия, все умения, предпочитая прежде испробовать силы противника, чем показывать свои способности. Быстрый и стремительный напор – это хорошо, но заставляет открыться и подставиться, так что, окажись враг ловчее – и конец.
Ко всему следует подходить с особенной тщательностью: и построению к своей карьеры, и работе с экипажем и к сражению.
Пират обладал своей техникой – это чувствовалось. Он не просто рубился, но словно исполнял танец смерти, умело и со знанием дело. Не так, как другие.
Капитан в последний момент разгадал ложный выпад и ушел от удара, тут же скользнув чуть в сторону и пытаясь достать противника коротким колющим ударом под ребра.

*Блант (Blunt) – непонятливый.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

+2

23

-  …Эй, ну хватит, - приблизившись, Гейтс решительно отвел руку Джошуа. - Этот парень со щеткой - такая уж угроза, что ты хочешь его прирезать? Остынь. А тебе я советую вот что, - не убирая палаш, но и не угрожая им, внушительный квартирмейстер "Моржа" приблизился к молодому матросу. - Подумай, какую сторону принять. Скоро тебе это предстоит решить. На таких, как ты, мы зла не держим - ты вряд ли здесь по доброй воле.
Хэл Гейтс знал таких, как неизвестный ему паренек. Нижние чины, матросы, попадалась и парочка "сухопутных". Приходя в команду, они поначалу не верили тому, что все происходящее - взаправду. Он и Рэндалл помогали обживаться новичкам, не используя при этом ни линек, ни трость, ни плеть. Наказывали физически на "Морже" вообще очень редко: когда эту кару подходящей считала сходка и голосовала за нее. В остальных случаях, к счастью, редких, устраивали поединок между поссорившимися или изгоняли виновного из команды. Полгода назад капитан пустил в ход пистолет: когда Прентер, один из особо задиристых матросов, приятель сумрачного, себе на уме, но полезного в бою Синглтона, отказался подчиняться во время абордажа. И это было правильное решение: спусти неповиновение одному, другие почувствуют слабину. Почувствуют слабину - кто-то обязательно начнет борьбу за голоса и перевыборы.
Джошуа тем временем бросил взгляд в сторону шканцев и, не говоря ни слова, метнул кинжал. Офицер в сине-серебристой форме упал на колени у самого трапа и повалился, точно мешок с мукой. Джошуа довольно осклабился. Капитану пришлось бы туго, он помог капитану. Теперь снова один против одного, и вмешиваться он не станет - это поединок капитана.
Жестокая рубка продолжалась, сместившись с середины палубы к баку, противники сталкивались, порой подбадривая себя криком, однако можно было заметить, что столь интенсивного натиска уже не требовалось. Офицеры оказывали уверенное сопротивление, но боевой дух матросов угасал. Во всяком случае, Гейтс мог позволить себе переброситься фразами с этим парнем. Будучи наготове, конечно же. Он видел, что Флинт сейчас занят, очень занят, но помощь ему, кажется, не требовалась. Как только Флинт прикончит капитана, корабль будет их. Вот только… Гейтс допускал, что Флинт настолько своеобразен, что простым убийством тут не обойдется. Или на этот раз капитан не станет ничего усложнять? Побудет паинькой для разнообразия, прикончит противника, далее они заберут тех, кто захочет перейти, заберут корабль, а остальных, кажется, есть кому подобрать. Хотя, по-хорошему, этих сволочей стоило бы потопить. Одну смерть, еще на другом корабле с другим капитаном, он вряд ли забудет - простого клерка убила картечь, попавшая аккурат в горло.

Увернувшись, Флинт отступил на пару шагов и тут же нанес быстрый горизонтальный удар, метя в шею.
Он знал, что скроен не идеально для бойца: коренастый, ноги могли бы быть длиннее, тело суше и легче. У Томаса была фигура греческого бога, у него - нет. Однако он все же выше многих других и ловок - годы практики давали себя знать. Пока бой был цивилизованным: ни ударов кулаком, ни пинков, однако он в любой момент был готов начать сражаться иначе. Он выбрал этот удар, зная, что при определенной ловкости от него легко отпрянуть, потом наклониться, ударить снизу… Что ж, он отпрыгнет и блокирует удар. Один из вариантов, самый ходовой. Если Миллера не получится подловить, очевидно, его следует измотать: он или устанет, или потеряет осторожность.
Все эти рассуждения остались в подсознании, проявившись в движении клинка. Как мичман учит математику, как матрос запоминает название каждой снасти, так воин осваивает приемы. Навыки отрабатываются до автоматизма, а размышления во время передышек посвящаются планированию всей схватки. Порой помогает грубая сила, порой - хитрость.
...А Боклерк все еще медлил, желая внушить противнику ложное чувство безопасности.
[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://sf.uploads.ru/7yKaS.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (04-08-2017 06:49:38)

+2

24

Мандерли раздраженно зашипел сквозь зубы, когда кинжал прошелся по руке. Порез был пустячным, но все же неприятным. Точно так же, даже если у Уильяма было бы время подумать о своей ране на затылке, то он не слишком бы из-за этого обеспокоился. Любой порез на голове сильно кровоточит и выглядит пугающе, но, если черепушка не пробита, то волноваться нечего – это просто рассечена кожа. Уж сейчас-то точно большую опасность представляла пиратская сабля.
У него оставалось не так много возможностей для маневра и он готовился уклониться от очередного выпада, когда схватка была неожиданно остановлена еще одним пиратом, который на сей раз, наверное в виде исключения, он был похож на самого обычного человека. Дикарь остановился. Замер и Уильям, нахмурившись, недоверчиво и настороженно глядя на пиратов: все-таки ожидать от них можно было чего угодно. Кто вообще сказал, что дикарь послушается старика, пусть даже тот говорил таким тоном, словно перечить ему было нельзя.
Взгляд Мандерли на мгновение скользнул в сторону, находя матроса, который чуть раньше сражался с темнокожим и который лежал сейчас в луже крови, безразличный ко всему. Рядом с бездвижной рукой валялось его оружие и как славно было бы схватить клинок. Вот только между мертвецом и Уильямом находился все тот же раскрашенный пират, так что рассчитывать на столь простой выход не приходилось.
Мандерли разжал ладонь – остатки клоца со стуком упали на палубу, и чуть приподнял руки, показывая, что у него нет никакого оружия, ровно как нет и желания продолжать бой. В сложившейся ситуации шанс на жизнь был все же лучше бесполезного сражения с безысходным концом. К тому же, судя по всему, военным не удастся оттеснить пиратов, если только не случится чудо: почти все позиции были сданы. Разве что стрелок на марсе, видно прикончив своего противника, переключился на новую цель – пирата в черном, с которым сражался капитан; поднял оружие и прицелился, выживая момента.
Мандерли медленно выпрямился, оказываясь почти на голову выше старика.
В этот момент мистер Блант, сраженный легким взмахом руки дикаря, рухнул, из человека превратившись просто в мешок с костями и мясом. А Уильям не ощутил никакого сожаления по поводу смерти офицера: тот был туповат и во всем старался выслуживаться перед капитаном – команда его не любила.
Матрос перевел взгляд на старика и качнул головой, будто не понимал о чем тот толкует:
-  Рассчитываете, что в обмен на жизнь люди присоединятся к вашей команде?
Если так, то какова будет ценность и верность новых членов команды? Примерно такая же, как попавших под насильную мобилизацию на «Мстительном».

Эту схватку никак нельзя было назвать простой: попытка капитана Миллера заколоть пирата была парирована.
И чем дальше, тем все больше капитан Миллер убеждался в том, что этот пират в чем-то отличается от других. Он не понимал пока в чем именно, да и не старался понять – некогда этим заниматься. Просто принял это как данность. Хотелось только, закончив этот поединок, сорвать с лица пирата платок и увидеть его лицо.
Уйти от укола в шею было не так уж сложно, что капитан Миллер и сделал, сразу же нанося ответный удар. Он ускорился, потому что, как ему казалось, достаточно изучил противника. Да и ситуация на корабле явно требовала его вмешательства: Миллер не мог полноценно оценить происходящее пока перед ним был противник, но каким-то внутренним чутьем понимал – ситуация критическая.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta]
[ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

Отредактировано Уильям Мандерли (28-07-2017 19:23:08)

+3

25

Гейтсу захотелось назвать парня дураком, и сдержался он только потому, что понимал: такая характеристика никого не сделает более сговорчивым. Ну и следовало признать, что порой на призах убивали всех - до единого. Но так поступал, к примеру, Нед Лоу. Не Флинт. А этот матрос пока не знает Флинта. Если не станет хранить верность Короне непонятно во имя чего, то узнает.
Даже было интересно, что должно случиться, чтобы Флинт поступил в духе Лоу. Бессмысленная жестокость была ему чужда - значит, и в таком поступке должен быть смысл.
-  Наш капитан не предложит такой обмен. Просто подумай, хочешь ли стать хозяином собственной жизни. Не захочешь зарабатывать с нами - покинешь эту команду в Нассау и присоединишься к любой другой или найдешь работу на берегу. Подумай побыстрее обо всем этом.
На баке стало заметно шумнее: очевидно, военные переорганизовались и сделали попытку вновь потеснить пиратов. Гейтс и Джошуа поспешили туда: сказано было более чем достаточно. Если парень не дурак - выводы сделает, да еще и расскажет кому-то.
...Боклерк осторожно приподнялся и, заметив перемены, положил ружье на ограждение марса, одновременно с этим взводя курок до половины. Вот сейчас пора стрелять. Он перевел курок в боевое положение и так же быстро нажал на спусковой крючок - цель была удобная. Неподвижная.

Миллер изменил темп; приняв сперва правила игры, Флинт начал навязывать свои - еще большую скорость. Он рубил, парировал и блокировал, более не отступая, как делал, чтобы потянуть время и вспомнить прошлое; не прослеживал реакции противника; он бился в полную силу, хотя в глубине души убивать не хотел. Будь они наедине - он бы постарался избежать этой смерти. Но капитан "Моржа" в присутствии команды не может себе этого позволить. А интересно, как бы отреагировали в Англии, узнав от Миллера, что один из пиратских капитанов отпустил его? Отпустил, несмотря на отношение к людям, как к нелюдям? Пресловутым чудовищам.
Жаль, этого не узнать.
Он начал двигаться к юту, чтобы лишить Миллера свободы маневра. Рулевой замер у штурвала ни жив, ни мертв: долг или страх, или и то и другое не позволяли ему покинуть свой пост. Матрос был беззащитен - убивать его Флинт не собирался. Он готовился лишить противника оружия.
[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://sf.uploads.ru/7yKaS.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (04-08-2017 06:49:58)

+1

26

Своя собственная судьба интересовала Уильяма больше остального, но сложно было не поглядывать на сражение капитана Миллера и пирата в черном. Если поначалу они бились более-менее на равных, то сейчас пират явно ускорился и довольно успешно принялся теснить военного. В его движениях, кроме отточенной техники, появилось нечто безумное, словно всплеск ярости и силы.
Капитан Миллер отступал, парировал удары и даже пытался нанести ответные, пусть и безрезультатно – первый успех в виде порезанной одежды повторить и углубить так и не удавалось. Становилось ясно, что не только Миллер испытывал противника и оценивал его способности, но и наоборот.
Миллер уже не думал о том, почему пират кажется ему смутно знакомым – это стало совсем неважным. Остался только враг перед ним и звенящая сталь. Капитан парировал очередной удар, попытался достать противника коротким взмахом.. сделал шаг назад, его локоть коснулся переборки – пират оттеснил его в самое неудобное место, и тогда капитан на мгновение замешкался.
К этому моменту старик и дикарь уже ушли, оставив Мандерли, словно он не представлял никакой опасности и за ним даже следить не нужно было. Наверное, так и было.
Матрос тяжело опустился на лафет перевернутой пушки. Голова просто раскалывалась, а порез на затылке неприятно пульсировал. Только теперь Уильям сообразил, что старик своим вмешательством спас ему жизнь и было бы глупо хватать сейчас оружие и вновь ввязываться в бой. Пусть даже это будет дезертирство.
Хлопнул, свернулся и развернулся флаг капитана Флинта, скелет на котором словно насмехался над военными, демонстрируя песочные часы в одной костлявой руке – время истекало, и острый клинок в другой - будущее.
Старику Уильям так больше ничего и не сказал, только выслушал его, нахмурившись. Тот говорил о двух вариантах: или верность или предательство Короне. Именно Короне – о капитане тут и вспоминать было нечего.
Уильям, обернувшись, мог бы увидеть «Летящий», который, видно беспокоясь о своем грузе, не торопился на помощь. Если он останется верным Короне, то команду наверняка подберут и, конечно, довезут до берега, где они много и с чувством будут рассказывать о зверстве капитана Флинта и его команды дикарей. Потом Мандерли отправят на другое судно и кто знает каким будет там капитан. Казалось, что хуже Миллера и быть не может, матрос не мог представить себе службу еще более беспощадную – тогда только и останется, что сразу ноги протянуть.
Уильям поднял голову, мельком оглядывая пиратов. Они не выглядели изможденными больше, чем может быть во время боя, не выглядели замученными или угнетенными, скорее просто.. свирепыми, чего нельзя сказать о военных.
Чем пиратские законы могут быть хуже тех, которым подчинялся все это время экипаж «Мстительного»?
Чем один капитан хуже другого?
Чем доля пирата может быть хуже того, что видел он за последние три года?
Им всегда говорили, что пираты – сброд, дикие животные и не люди совсем. Но и к собственному экипажу капитан Миллер относился точно так же.
Как сказал старик: они  идут в Нассау, где можно стать хозяином собственной жизни? Почему-то Мандерли никогда не думал о поражении «Мстительного» как возможности освободиться для себя лично.
Уильям вдруг явственно ощутил как ему надоел этот корабль, как невыносимо смотреть на лица капитана, его первого помощника и офицеров – даже мутило. А, может, мутило после удара по голове.
Военным так и не удалось преломить ситуацию: новый натиск пиратов заставил их растерять всю инициативу. Многие военные были убиты, другие – ранены или взяты в плен. Даже мистер Стилман, всегда кичившийся своей бравадой, уже был пленен одним из разбойников.
А на марсе заряжающий даже не успел подать еще одно ружье, прежде чем стрелок получил пулю. Одежда мгновенно окрасилась красным и стрелок откинулся назад, лишь чудом не рухнув на палубу. Был ли он убит или только ранен - непонятно. Заряжающий испуганно пригнулся поближе к марсу и заметался, явно желая спуститься вниз, но понимая, что даже более безопасный спуск через собачью дыру не убережет его от пули неведомого противника. Тогда он схватил ружье и, едва прицелившись, выстрелил. После чего торопливо принялся спускаться, отчего-то решив, что внизу он будет в большей безопасности.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta] [ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

+4

27

Момент настал. Флинт подался вперед и схватил правое запястье противника, не давая предпринять очередную атаку. Его пальцы мгновенно сжались сильнее, стискивая руку, покрытую манжетом сорочки, что выглядывал из-под форменного кафтана. А в шею Миллера, обтянутую белоснежным платком, уперлось острие палаша.
Он не думал, что Миллер помнит до сих пор его голос по нескольким сказанным за столом фразам, а в сущности, какая разница?
Чего он так стремится избежать? Неизбежного убийства, если Миллер его узнает? Но разве он не собирается убить его в любом случае?
Чего он боится? Он научился встречаться со своими страхами и ответил себе: стыда. Стыда перед самим собой за предательство Флота, как бы ни поступили с ним самим. Сейчас вновь требовалось не знать стыда. Цивилизация поощряла стыд, он выступал в этом бою против нее. Ожидаемый случай в его новой жизни. Хорошего решения нет. В этот период роскошь - желать одних хороших решений.
- Сдавайтесь, капитан. Вы сделали все, что могли требовать от себя.
После накатившей ярости он ощущал теперь только тупую усталость. Не физическую - усталость души. Но он знал и это состояние: требовалось просто не обращать на него внимание. Пока он не останется один, а до этого еще далеко.
Как жаль, что Миллер не ранен смертельно в бою. Теперь придется убить безоружного. Но и нанести удар, не произнеся ни слова, казалось невозможным.

...Пленных начали сгонять к борту, и Гейтс устало вытер лоб, переводя дыхание. Другой корабль внушал некоторые опасения, но не приближался. Ошибка. Против двух кораблей "Морж" бы не выстоял. Везут что-то ценное, должно быть, но что? Только бы кому-то вроде Синглтона или Морли не пришла идея преследовать это прежде охранявшееся судно. Как и все, он знает о запрете капитана, но вдруг сочтет, что этот случай - исключение?
[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://sf.uploads.ru/7yKaS.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (04-08-2017 06:50:18)

+2

28

В сражении очень часто все решает один миг, как и сейчас: капитан Миллер замешкался, а противник воспользовался этим. И самое неприятное в том, что у капитана не было возможности сделать шаг назад или размахнуться. По сути его прижали к стене и никаких вариантов. Да и что сделаешь, если твоего горла касается острый клинок, на котором еще не засохла кровь предыдущих жертв!
Это было невозможно, невероятно.. но Миллер сохранил единственное, что оставалось в этой ситуации – свое лицо. Он никак не мог принять поражение в душе, но готов был признать его вслух, потому что с фактами не поспоришь. Пусть даже слова пирата больно резанули по самолюбию. Сделал все, что мог требовать от себя? Этот ничтожный разбойник считает, что офицеры военного флота на большее не способны? Лишь по случайности повезло не той стороне!
Взгляд, которым он окинул пирата, был полон ненависти, но с губ сорвались слова:
- Довольно. Корабль ваш.
И опять мимолетное, непонятное ощущение, что он с этим человеком когда-то встречался.
Миллер разжал ладонь, выпуская саблю из рук.
Больше капитану Миллеру сейчас сказать было нечего. Он не собирался просить о милости ни для себя, ни, тем более, для команды, что отступила перед врагом в такой ответственной битве.

Как-то само собой сражение и закончилось.
Выживших военных согнали к одному из бортов и Мандерли, волей неволей, подчинился. Их было не так уж много и над людьми нависла тревожная тишина. Еще вчера вся команда, пожалуй что за исключением офицеров, была недовольна своей жизнью на борту, но сейчас, уставшие, раненные и побежденные, они были бы рады оказаться в том прошлом. Там они были живы и у них не было мыслей о смерти. В данный же момент черная тень простерла над ними своими крылья – кажется только Уильяму сообщили о возможности, что их отпустят, а не убьют. Матрос открыл рот и так ничего и не сказал – не в его праве было давать людям надежду. Ведь кто их знает: пираты могли уже и передумать.
Мистер Стилман буквально пылал злостью. Видимых ранений у  него не наблюдалось и самая большая травма была нанесена самолюбию. Он, перемещаясь ближе к борту, походя слегка пнул ногой одного из матросов, который сидел на палубе, и толкнул плечом Мандерли, который оказался на его пути. Уильям сердито, почти злобно посмотрел на офицера и отвел взгляд.
За пленниками приглядывали несколько пиратов, остальные, кажется, заполонили все судно. Был жив и старик-пират – это почему-то казалось Уильяму правильным.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta] [ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

+3

29

Не убирая клинка от шеи Миллера, Флинт отпустил его руку и перехватил саблю. Затем приблизился еще, вставая почти вплотную. Нассау они покинули недавно, одежда его была запачкана в крови, но в остальном довольно чиста, и пахло от него не немытым телом, а морской солью с едва уловимым запахом душистой травяной воды. Одевайся он богаче, его можно было бы назвать щеголем, но строить из себя Генри Моргана Джеймсу никогда не было интересно. Он выбрал свою роль, привык к ней и не собирался подражать героям прошлого. Он Флинт, а не второй Морган, и лично он становиться губернатором не собирается.
Когда гнев схлынул, пришлось признать, что на месте Миллера, возможно, он поступил бы так же. Миллер поставил на фактор неожиданности, и хитрость удалась. Маневр мог бы принести победу, он не был ошибкой. Ошибкой стало само преследование.
- Я этого не хотел, - проговорил Флинт почти на ухо, собираясь отдать приказ связать пленника до поры до времени, но тут его посетило чувство, что он что-то упустил. Что-то недодумал.
Что именно? Долго размышлять нельзя, он привлечет внимание - и без того могут подумать, почему капитан так задержался.
Нужная мысль все-таки пришла.
- Почему второй корабль не вступил в бой? -  вопрос прозвучал совсем тихо, палаш он по-прежнему не опускал. - Это не мирный торговец, раз поначалу шел на перехват. Я хочу знать, что у него за груз или миссия.
Флинт не собирался нападать на этот корабль. Но поведение неизвестного капитана не давало покоя. Сперва он действовал согласованно с Миллером. Затем отстал - видимо, не смог развить нужную скорость. Не удивительно, он это и предполагал: конвойный корабль всегда маневреннее. Но что мешало подойти ближе потом, когда фрегат Миллера начал терять преимущество? Вдруг это не товары или золото… а оружие? Против кого? Или на этом корабле важный пассажир?
Этот вопрос временно заслонил собой все остальные.
[NIC]Джеймс Флинт[/NIC]
[STA]Пират[/STA]
[ava]http://sf.uploads.ru/7yKaS.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (04-08-2017 06:51:04)

+2

30

Пусть капитан Миллер был побежден, но презрение к пирату от этого меньше не стало.
Если бы не маскарад с переодеванием, если бы не все эти разукрашенные разбойники, нацепившие на себя индейские тряпки, шкуры и амулеты, то военные моряки наверняка потеснили бы противника. Бой сумел бы перекинуться на борт противника.. если бы команда «Мстительного» обладала чуть большим мужеством и не была столь суеверной!
Если бы..
Только сейчас остатки его команды уныло столпились около одного из бортов, ничтожные и ни на что не годные. А он сам стоял, ощущая сквозь платок острую кромку клинка. Двинешься чуть вперед – и белое тут же окрасится красным. Но он мог слегка выпрямиться, чуть приподняв подбородок – насколько позволяло неудобное положение.
Был ли перед Миллером сильный противник? Следовало признать, что – да. Капитан умел видеть свои ошибки – только так их можно было не повторять в будущем. Сильный и хитрый враг.
Сомнений не было: перед ним – капитан Флинт. Почему-то Миллер убедил сам себя в этом во время боя и, пока ему не сказано обратное, решил исходить именно из этого предположения. Тем более, что дальнейшие слова пирата только подтвердили мысль.
Капитан Флинт. Один из пиратских капитанов, который так редко встречается с кораблями, несущими английские флаги. Кто-то предполагал, что он  - капер, но другие полагали, что он просто боится мощи Короны. Кажется, более верным было все же первое предположение. Если здесь не скрыто нечто более глубокое.
И почему этот взгляд, этот голос кажется таким знакомым? Почему в душе ощущение, что это место встречи – неправильное?
Капитан Миллер, прищурившись и не в силах скрыть удивление, посмотрел на противника, который говорил непонятные вещи.
Не хотел? Не хотел.. чего? Сражения? Он шел на перехват! Пусть даже потом совершил маневр.. к дьяволу! Если он капер, то показал бы свои бумаги, а все прочие, все пираты, разбойники и убийцы должны нести наказание. И почти ожидаемый вопрос про «Летящий», у капитана которого хватило то ли ума, то ли трусости держаться в стороне.
- Я бы мог сказать, что не знаю, но эту ложь легко разгадать даже пирату, - в голосе Миллера слышалась сталь и совсем немного высокомерие. – Я ничего не скажу.
Это не были пустые слова, капитан Миллер собирался молчать в любом случае, даже если его станут пытать. Объяснять эту решимость не было необходимости, ведь пирату, каким бы хитрым и умным он ни был, никогда не понять что такое долг офицера, что-то такое честь. Силой, клинком и пулей можно выбить из человека почти все, даже жизнь, но только не эти качества.

[sta]Матрос на "Мстительном"[/sta] [ava]http://s5.uploads.ru/t/FGEQ9.jpg[/ava]

+2


Вы здесь » Black Sails: Другая история » Новый Cвет » Море слабых не любит (23 мая 1711 года)