У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

1704-1714

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1704-1714 » Старый Свет » Посредник из Адмиралтейства (май 1705 года)


Посредник из Адмиралтейства (май 1705 года)

Сообщений 91 страница 120 из 160

1

Действующие лица: Джеймс Макгроу, Томас Гамильтон, Миранда Гамильтон (в порядке появления).
Время: день, май 1705 года.
Место: Лондон: сперва Даунинг-стрит, затем экипаж, затем особняк Гамильтонов на Сент-Джеймс.
Спойлер: "Говорят, все началось с человека по имени Генри Эвери? Он зашел в порт Нассау, подкупил губернатора, чтобы тот помалкивал, и выпустил свою команду на берег. Так на острове Нью-Провиденс обосновались пираты. Кто-то должен положить этому конец. Надо думать, для того нас с вами и выбрали" (с).

The first time I saw your face

http://s5.uploads.ru/mdCBk.gif

Отредактировано Джеймс Макгроу (17-11-2016 23:43:50)

0

91

- Мы творим законы не для государства, лейтенант, -  Томас позволил себе продемонстрировать некоторую досаду, - а для людей. Не всегда законы выглядят чем-то прекрасным, однако они призваны упорядочить жизнь простых людей, защитить их. Налоги необходимы, но людям они не нравятся - однако это не повод налоги отменить, ведь тогда не будет флота, не будет армии.
Повернув голову к супруге, Томас кивнул:
- Прекрасный выбор десерта, дорогая. Я буду счастлив попробовать пирог - и ты совершенно права относительно трайфла. Однако, оставляя его напоследок, я надеюсь, что наш гость не откажется от этого истинного чуда, блаженства для языка и желудка?[icon]http://s4.uploads.ru/ByZ36.jpg[/icon]

0

92

Слова леди Гамильтон удивили Джеймса: он не ожидал услышать такого от женщины. С другой стороны, разве он может похвастаться опытом общения с такими женщинами? К этому моменту окончательно стало ясно, что слова лорда Гамильтона заслуживают большего внимания, чем могло показаться поначалу, и ответ миледи только подтвердил это. Неожиданные слова обоих супругов… неожиданные мысли. Странные мысли. Леди Гамильтон дала понять, что муж заботится об интересах людей. Трудно же придется ее супругу. Трудно придется и его советчику. Раздумывая, он по флотскому опыту отмечал изменения в обстановке - передвижение лакеев, смену блюд - и продолжал думать. И снова слушать.
Сперва он не успел понять, как относиться к замечанию, а затем лорд Гамильтон высказался о налогах. Высказывание прозвучало вполне привычно и внушило надежду, что разговор на одном языке возможен. Замечание же, как Джеймс счел в итоге, справедливо: безусловно, государство - это и власть, и подданные. Он думал об Англии в целом, об Англии-объекте, который надобно сохранить в целости и здравии, с полной казной и заморскими землями, в то время как лорд Гамильтон мыслил совсем иными категориями.
Слова леди Гамильтон о десерте были отмечены им вскользь, но лорд Гамильтон вернулся к этой теме. Джеймс посмотрел на кусок пирога, на этот раз сладкого, что оказался на его тарелке, а потом на трайфл. И как будет уместно ответить? Покорившись судьбе, так причудливо забавляющейся с ним, - поистине, насколько легче говорить о деле! - Джеймс поднял взгляд.
- Было бы непозволительным, милорд, отказаться от того, что вы, как и ваша супруга, считаете чудом, - он подарил Гамильтонам вежливо-смущенную улыбку, надеясь, что дал подходящий ответ. Обед в обществе тех, кто относился к высшему свету, обязывал. К счастью, ни муж, ни жена не отличались высокопарностью, что несказанно его утешало. - Согласен с вашим суждением о законах. Конечно. Законы управляют жизнью людей им во благо - это то, что отличает цивилизацию от дикого общества.
Следовало воздать должное пирогу: Джеймс вооружился ножом и вилкой и отправил в рот первый кусок.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (23-05-2017 23:06:58)

0

93

Было что-то, радовавшее ее с момента встречи с Макгроу, что-то неосознаваемое, и теперь она была близка к тому, чтобы сформулировать это для себя. Задумавшись, она чуть нахмурилась. Что же… Взгляд? Слово? Интонация? Промелькнувшее недовольство в голосе Томаса и ответ лейтенанта… И то, что звучало ранее… Конфликт? Его-то как раз и нет. Нет и в помине. Морщинка на лбу Миранды пропала. Вот в чем дело. Они дискутируют, но не раздражены. Так же они общались и наедине? Джеймс Макгроу в отличие от Томаса навряд ли читал Платона, но отсутствие философских познаний о природе государства не мешает ему воспринимать доводы собеседника. Он умен, это главное. Он помогает Томасу выстраивать доводы. А книги… она подарила ему первую. Вторую, быть может, подарит Томас.
Миранда одновременно с лейтенантом попробовала пирог. Нежный и сладкий, он таял во рту, и она с легким сердцем позволила себе насладиться вкусом.
[ava]http://sd.uploads.ru/euLzJ.jpg[/ava]

0

94

- Цивилизацию от дикого общества отличает еще и гуманность законов: придумать законы могут и дикари, регулируя жизнь своего замкнутого сообщества на каком-нибудь далеком острове, однако только истинно цивилизованные люди, составляя законы, помнят о ценности человеческой жизни и необходимости сострадания не только как удела избранных.
Томас опомнился и уделил внимание пирогу, в самом деле заслуживающему этого внимания. Пирог был восхитителен, как всегда. И трайфл будет восхитителен. А еще лучше будет беседа после десерта, Томас уже предвкушал ее, как предвкушают наслаждение хорошим вином или бренди, наслаждение музыкой. Это будет наслаждение того же порядка: наслаждение интеллектом собеседника, прежде всего: интеллектом без враждебности, чего часто не хватало среди политического созвездия умных людей Лондона.[icon]http://s4.uploads.ru/ByZ36.jpg[/icon]

+2

95

- Сострадание, милорд, - сказал Джеймс, обдумав услышанное, - трудно определяемая категория. Желая облегчить страдания, можно тем не менее причинить новую муку. Считается милостью заменить смертный приговор ссылкой, а ссылку - клеймом. Но задумывались ли законотворцы, назначавшие клеймение даже за небольшие провинности, что знак на руке или на щеке лишает его обладателя возможности честно заработать деньги? Труд в колониях, о котором я упоминал, дает шанс на новую жизнь. Но не все получают его - тяжесть полевых работ зависит от… как вы сказали, гуманности. Гуманности хозяина, ибо работники находятся в его полной власти. Если говорить о дикарях… что мы даем им взамен их непонятной нам и презираемой нами, но вольной жизни? По закону в Англии нет рабства, но что меняет это для тех чернокожих, которых здесь называют слугами? И, думаю, вы не хуже меня осведомлены о положении африканцев на вест-индских плантациях.
Он снова говорит много. О рабах за столом в особняке сына графа… видимо, купленным самим графом. Проклятье. Джеймс поспешил съесть последний кусок, на этот раз не встречаясь взглядом с хозяевами. Если у лорда Гамильтона есть какие-то планы об обустройстве плантаций на Багамах, он, безусловно, станет хорошим хозяином.  «Безусловно?» - поправил Джеймс сам себя. С чего он так уверен? Кроме того, нельзя забывать, что владеет этими землями пока что граф Эшборн. Помимо других лордов-собственников - семерых, кажется. А правит - назначенный губернатор.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

0

96

Миранда ощутила потребность вмешаться. Лейтенант имеет право на любые высказывания относительно проекта Томаса, однако она должна сгладить эти высказывания, потому что иначе мужчины могут увлечься политическим спором… нужно ли это сейчас? Пусть получше узнают друг друга. И она взяла на себя смелость ответить прежде Томаса. Поспешила опередить его.
- Сострадание, полагаю, можно сравнить с любовью. Любовь… может быть жестока и причинять боль намеренно; может ранить того не желая; любящий может не продумать всех последствий… но истинная любовь не требует страданий и не причиняет их. Уверена, моего супруга не будет волновать наличие клейма, если он решит нанять вольных людей для колоний.
Пусть Томас будет недоволен сказанным ею. Она и так высказалась кратко – короче, чем могла бы. И возможно, все же… зря? Тем более что разговор о бедняках завелся Томасом с целью узнать общее мнение лейтенанта, это очевидно. Их наём увеличил бы число работников, нужных для колонии, но основной группой колонистов будут не они. Что бы Макгроу сказал о пиратах, занятых мирных трудом? Миранда взглянула на лейтенанта, прежде чем перевести взгляд на Томаса. Сейчас было не к месту опускать глаза. На ее губах застыла вежливая улыбка.
[ava]http://sd.uploads.ru/euLzJ.jpg[/ava]

0

97

- Безусловно, миледи, - погасшие было уши Джеймса снова предательски загорелись. - Я в этом не сомневался. Милорд, конечно же, я верю в ваши добрые намерения. Однако я не могу не думать о том, что, кроме вас, есть и другие люди. И успех вашего плана зависит в том числе от них. Об этих людях я и говорил, приводя вам примеры. Прошу прощения, что заговорил об этом в присутствии вашей супруги… это было неуместно.
Он замер над опустевшей тарелкой, не решаясь сейчас выпить вина или притронуться к трайфлу - пирожному, сочетавшему в себе, судя по услышанному, все мыслимые достоинства десертов. Быть может, сейчас терпению лорда Гамильтона и придет конец? Он отзовет его в сторону и скажет, что ему нужен кто-то более… предсказуемый, а то и просто более воспитанный? С одной стороны, затея Гамильтона уже заинтересовала его, а с другой… несколько минут позора перед Хеннесси, и его жизнь снова войдет в привычное русло.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

0

98

Томас рассмеялся.
- Прошу меня простить, лейтенант, я увлекся и вынудил вас отвечать на вопросы, которые вам вряд ли были приятны. Мы продолжим после трайфла: умоляю вас, попробуйте это чудо. Король десертов! Не огорчайте мою супругу.
Подавая пример, Томас взялся за трайфл первым, улыбнувшись мистеру Макгроу и едва заметно подмигнув жене. Миранда, его умница Миранда! Была б она мужчиной - и он никогда не посмотрел бы в сторону кого-то еще. Но увы, мир не совершенен. Если Томас и жалел о чем-то, так именно об этом...
С другой стороны, тогда Ричард никогда не очутился бы в их постели. Умный, ранимый Ричард, такой сильный и такой хрупкий одновременно... в чем-то он был мужской ипостасью Миранды, с поправкой на воспитание. Не поэтому ли он привлек внимание Томаса? Жаль, что Ричард не присутствует на этом обеде. Любопытно, какие вопросы он бы задал лейтенанту?..[icon]http://s4.uploads.ru/ByZ36.jpg[/icon]

+1

99

Смех и тон лорда Гамильтона заставили его опешить едва ли не сильнее, чем непосредственно после допущенной оплошности. Лорд Гамильтон не счел его речь неподобающей или лорд Гамильтон настолько терпим? Дружелюбен? Джеймс ощутил смесь признательности и неловкости, взял креманку и запустил серебряную ложечку в белоснежную мягкость, сладкую даже на вид. Когда он снял первую пробу - трайфл оказался восхитителен настолько же, насколько о нем говорили, - то уже овладел собой и ответил совершенно спокойно, отвечая за каждое слово. Так он отвечал бы адмиралу.
- Милорд, нет приятных или неприятных вопросов среди тех, которые вы мне задали или собираетесь задать по вашему проекту. Мне поручили дело, и я его буду его выполнять. Вы вольны затрагивать любые темы. Что до меня, я позволил себе увлечься сторонними рассуждениями, тогда как должен предоставлять вам факты и помогать анализировать их.
Его ошибке любезно предпочли не придавать значения, но он осознавал ее, мог определить себе меру наказания и выбрал эту: разъяснить свою ошибку вслух. Так он очистился в собственных глазах. Джеймсу не нравилось быть неискренним ни с собой, ни с другими, оттого он был, помимо всего, рад, что в ответе не покривил душой: предоставлять факты и помогать их анализировать, именно так и не иначе. Помочь лорду Гамильтону прийти к нужному и удобному решению - затем он и приставлен к нему.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

0

100

Миранда заметила подмигивание мужа, и у нее отлегло от сердца. Она принялась за десерт на этот раз чуть позже лейтенанта: Томас подал пример, а ее медлительность следовало бы принять за огорчение и уступить. Она действительно огорчилась бы, не попробуй лейтенант трайфл: значит, напряженность осталась.
Сливочный вкус, смешанный с корицей и мускатом, доставлял блаженство: Томас, как всегда, выбрал самое верное определение. Она сделала знак лакею – тот налил ей лимонада во второй бокал, не занятый рейнским. Макгроу пока не пробовал лимонада и не выказывал к нему интереса, но слуги не зря получали хорошую плату: правильно оценив ситуацию, они наполнили сваренной и остуженной сладкой лимонной водой бокал и гостя, и хозяина дома.
- Попробуйте лимонад, лейтенант. Это напиток хорошо освежает, – мягко проговорила она в ответ на вторичное извинение Макгроу, убедившись, что Томас рад ее вмешательству. Лейтенанта было интересно изучать… и направлять. При этом он был хорош собой. Высок, хотя и ниже ее Томаса – выше него трудно припомнить мужчин, – ростом примерно с Ричарда... И эта выправка... волосы, то ли вьющиеся, то ли слегка завитые... его сильные пальцы, державшие сейчас десертную ложку… пожалуй, грубоваты, но не некрасивы. Довольно красивые. Однако не такие, как руки Томаса. Руки, привыкшие к физическому труду. – Вы ясно выразили свою позицию, нет причин беспокоиться.  Я поняла ее, но предоставлю успокоить вас до конца своему супругу: мужчины тут лучше поймут друг друга.
Улыбка на мгновение тронула ее губы, такая же едва заметная, как и подмигивание Томаса. Да, ее Томас прекрасно понимает мужчин. Лейтенант и не догадывается, насколько прекрасно он может это делать. Но ему и не следует догадываться. Более того – нельзя. Каждому свое.
Интересно, Томас отметил красоту лейтенанта Макгроу? Не как красоту объекта любви – как данность, сродни красоте картины или скульптуры? Отметил бы эту красоту Ричард, если бы увидел их гостя? А ведь, скорее всего, он увидит его – лейтенанту предстоит провести в их доме много времени.
[ava]http://sd.uploads.ru/euLzJ.jpg[/ava]

0

101

Джеймс слегка кивнул и коснулся бокала, не беря, однако, его в руку. Сперва он договорит с лордом Гамильтоном - довольно и того, что он отвлекся на "короля десертов".
Он был искренне рад, что все обошлось: было бы несправедливым нанести невольное оскорбление этой чете... такой милой и такой дружной. Нет, не похоже, чтобы изысканность манер маскировала отсутствие чувств. Это любящие друг друга люди… насколько он вообще смыслит что-то в любви. Опыта у него особого нет, не считать же за опыт несколько подвернувшихся случайных связей.
- Милорд, в вашей власти высказывать пожелания насчет направлений нашей работы в любое время, - добавил он, завершая начальный этап - этап расстановки сил и приоритетов. - Вы также можете вызвать меня в любое время суток, когда сочтете нужным. Пока у меня нет на берегу других обязанностей, кроме помощи вам.
Да, если будет нужно, он приедет и среди ночи: Томасу Гамильтону достаточно прислать курьера с запиской. Но что может произойти срочного? Порыв вдохновения? Политических осложнений он не допустит - для этого он и находится здесь. Он не подводил командование в бою - не подведет и здесь. Если… если Гамильтон будет терпеть его советы и дальше и не примет решение о замене позже.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (29-05-2017 04:07:27)

+1

102

- В таком случае, оставьте мне ваш адрес. И, возможно, в период особенно напряженной работы вам будет удобнее перебраться в этот дом, благо гостевых спален здесь хватает: здесь часто гостят мои друзья, останавливаясь кто на неделю, кто на две. - Томас был готов поклясться, что Миранда поймет его интерес к лейтенанту - но вот одобрит ли? Не сочтет ли, что он играет с огнем? Рыжий лейтенант, посланник Адмиралтейства, умный и сдержанный, что делает ему честь, вряд ли заинтересован в неподобающих, по мнению общества, развлечениях. Так что приглашение было ровно тем, что и озвучил Томас: удобством для обоих, возможностью не тратить время на дорогу, то есть впустую - драгоценное время, которого всегда не хватает.
- Не правда ли, трайфл великолепен?
Его собственный десерт был съеден едва ли на треть.
Лимонад едва пригублен, как и вино.
Что они будут пить в библиотеке? Опьянеет ли лейтенант? Следует ли оставить его ненадолго с Мирандой, позволив ей испытать на нем женские чары? Вопросов было больше, чем ответов, и это Томасу совершенно не нравилось.[icon]http://s4.uploads.ru/ByZ36.jpg[/icon]

+1

103

Джеймс счел предложение вполне разумным. Адрес съемной квартиры в доме на Вильерс-стрит*, в которой он остановился, был далеко не таким престижным**, как адрес особняка Гамильтонов в фешенебельном районе Сент-Джеймс в Вестминстере. Близость к реке не способствовала здоровому дыханию, но небогатому лейтенанту королевского флота не приходилось рассчитывать на дорогое жилье. Нарочные лорда Гамильтона навряд ли отправлялись им прежде в такие места, но нарочным и не суждено выбирать маршруты себе по душе. Не отправится же к нему сам Томас Гамильтон? Тогда он, наверное, умер бы от смущения, а уж вообразить себе леди Гамильтон в его комнатушке и вовсе невозможно… Они не должны знать, как он живет. И действительно, в какой-то важный период лучше перебраться сюда, чем мотаться между двумя домами… Вдруг лорду Гамильтону все же взбредет в голову навестить его? Он довольно странный, Томас Гамильтон. Его логика пленяет, но вместе с тем и наивна. Лучше согласиться на это предложение. А за предоставленную комнату он заплатит. Конечно, тяжело будет потянуть двойную плату, ведь из квартиры съезжать не стоит… Все же не уйти от игры в карты? Идет война, его служба - в море; Хеннесси не даст ему отпуск с полным жалованием.
Вопрос о трайфле прервал череду мыслей Джеймса. Пожалуй, это был один из тех случаев, когда переключиться с одного на другое потребовало немалых усилий. И, проклятье, он так и не ответил согласием, заслушавшись непривычными словами о спальнях и друзьях и чересчур задумавшись о своем. Или в его согласии не нуждались?
- Великолепный десерт, милорд.
Джеймс за этим разговором съел совсем немного и с удовольствием вернулся на короткий промежуток времени к поистине райскому кушанью, носящему такое незаслуженное название - название, видимо, из тех времен, когда оно готовилось  еще не так замысловато***. Джеймс сомневался, что осмелился бы купить в кофейне что-то подобное… нежное и многослойное. Зато перестал сомневаться в том, что Гамильтонам приятно его внимание к их столу, и заодно окончательно перестал смущаться проявлять свой аппетит. В меру, разумеется. Съев еще пару ложечек, он отпил лимонада и тут подумал, что мог неверно понять пожелание аристократа, так непохожего на других аристократов-штатских, которых он видел, впрочем, мельком.
- Милорд не возражает, - невольно обратился он совсем уж официально, будто компенсируя допущенное самим к себе послабление - не подобает ему рассиживаться, - если получит адрес при продолжении деловой беседы? Или мне следует предоставить его сейчас? В таком случае я буду вынужден попросить бумагу, перо и чернила или подняться за ними.

*, ** и ***

* https://en.wikipedia.org/wiki/Villiers_Street
**Ни один дом в Лондоне тогда не имел номера. Лондонцы почти до середины XVIII века вынуждены были ориентироваться в городе по всевозможным табличкам и опознавательным знакам.  Один из характерных адресов того времени: "Здание Барбона, Лондон, около Ватер-Гейт в Мидл-Темпл. Пройти два лестничных марша вверх по ступенькам, номер 8 над дверью" (Уоллер Морин "Лондон. 1700 год").
***Trifle - в переводе с англ. "мелочь, пустяк". См. первоначальный и "современный нам" рецепт в "Подробностях" - Визуализации к эпизодам. Джеймс, разумеется, не знает таких тонкостей, просто рассуждает логически.

[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (30-05-2017 05:02:12)

0

104

…Конечно же, отметил. Не счесть лейтенанта красивым или по меньшей мере привлекательным было мудрено. Разумно ли так искушать себя? И как должна предостеречь мужа добродетельная жена, какой ее хотел бы видеть Альфред Гамильтон? Впрочем, возможно, ей и стоит побыть тут почти что добродетельной и поговорить позже с Томасом наедине, напомнив об осторожности. «Гость» Ричард, порой живущий у них по нескольку дней, – настоящая любовь Томаса, как и ее любовь. К чему дразнить судьбу, созерцая лейтенанта рядом дольше необходимого? Лейтенант может заметить что-то неподходящее – если в доме будет Ричард, им придется быть вдвойне осторожными. О каком сроке думает Томас? Неделя? Месяц? К чему рисковать? Он не влюблен в лейтенанта и вряд ли вообще способен влюбиться в военного – такого военного. Скромный офицер, с его четкими суждениями, выверенной позицией и привычкой к дисциплине – это тот человек, кто поможет структурировать разрозненные наброски Томаса, предоставить дополнительные материалы, проверить доводы и сделать заключение, но не тот, кто нужен Томасу в любви.
Что до нее… Такой мужчина, пожалуй, мог бы ее взволновать – как мужчина, не как родственная душа. Пока у лейтенанта она отметила только достоинства, но этого мало. Какие же достоинства? Он умеет признавать, что был неточен или неправ… Старается делать комплименты. Комплименты эти почти не распространяются на то, что не относится к сути вопроса: достаточно вспомнить начало разговора с Томасом в библиотеке, не говоря уже о недавней резкости лейтенанта за столом. Он пока не разделяет взгляды Томаса… но кто бы из Адмиралтейства разделил сразу?
Она коснулась краешка рта салфеткой – показалось, что там осталась капелька крема. Прекрасный десерт. Как и Томас, и Макгроу, она пока не доела свой: порция была щедрой, а разговор отвлекал внимание. Миранда выпила немного вина. Раздумывать о лейтенанте оказалось неожиданно приятно. Не любовь, нет. Кое-что гораздо более простое. Такой поборник порядка ей не подойдет, как и Томасу. Но как он очаровательно улыбается!
Вот как, он хочет дать адрес сейчас? Отчего же, лейтенант? Вам трудно никуда не спешить и просто получать удовольствие от жизни? Вы боитесь расслабиться или просто маскируете смущение? Как интересно, а в постели вы так же сосредоточены? И кого вы предпочитаете брать в свою постель? Худышек или полных, светловолосых или подобных женщине, что сейчас перед вами? Был ли у вас опыт содомского греха, учитывая особенности вашей службы? Нет, вряд ли вы бы позволили себе это – только не вы, с вашей требовательностью к себе.
Было трудно предположить, что ответит Томас, но любое развитие событий представлялось ей сейчас занимательным.
[ava]http://sd.uploads.ru/euLzJ.jpg[/ava]

+1

105

Глаза Миранды блестели - и Томас знал этот блеск. Его Мири вышла на охоту и теперь лейтенанту некуда деваться. Пожалуй, ему можно посочувствовать: Томас был уверен, что этот бастион падет, когда того пожелает Миранда. Однако не стоило отвлекаться.
- Лейтенант, разве я дал вам повод думать, что я позволю вам прервать обед ради того, что можно сделать и позже? Мы оба не забудем об этом, так к чему торопиться, когда в том нет нужды? Мне ли вам объяснять, как легко второпях упустить нечто важное? Всему своё время. Для беседы мы перейдём в библиотеку, где найдётся и перо, и бумага, и чернила.
Любопытно: эта попытка официальности - последний бастион благоразумия, или только первая линия укреплений?

+2

106

- Нет, не дали, милорд. Разумеется, не дали. Всему виной моя неопытность в подобных беседах - во флотской службе все более... однозначно.
Джеймс вернулся к трайфлу, выпил полбокала вина, поддавшись соблазну сравнить достоинства кларета и рейнского, и тут словно черт дернул его посмотреть на леди Гамильтон. Собственно, взглядов на нее избегать было сложно, учитывая, что сидели они друг напротив друга, но в основном он как-то исхитрялся то сосредотачивать взгляд на еде или обстановке комнаты, то смотреть в сторону лорда Гамильтона, то переводить взгляд с него на его жену - когда отвечал обоим сразу. А тут он вновь встретил ее взгляд - и что это был за взгляд! Не будь леди перед ним знатной замужней дамой, он поклялся бы, что это взгляд раздевает его - как он сам мог бы пожирать глазами женщину. Мог бы... но было ли с ним когда-то такое? С кем?.. С одной из тех, что  можно встретить в таверне?.. Для прочих он был птицей слишком низкого полета, а из всех важных связей у него была только дружба с адмиралом. Сколько-нибудь много денег от взятия призов пока скопить не получалось, львиная доля уходила на долги, одежду, еду и плату за квартиру. Таким образом, не было у него и сбережений, которые могли бы сделать его привлекательным в глазах возможной невесты и без титула.

До уличных шлюх он никогда не опускался, но и дамочки в тавернах были не слишком высокого пошиба. Слишком ярко накрашенные лица, слишком вызывающие наряды, слишком приторные духи... Эти женщины помогали удовлетворить страсть, когда становилось совсем невмоготу, когда не воспользоваться утехами, что предоставлял берег, становилось большим грехом, чем не воспользоваться... и позволяли забыть о еще более грешных мыслях, несколько раз посещавших его в море. Ему пересказывали слухи о злоупотреблениях, которые позволяли себе старшие офицеры с кем-то ниже по чину, особенно с мичманами; сам он стал свидетелем только одного - зато непосредственным свидетелем. Он тихо прикрыл за собой дверь и ретировался. Содомия, если о ней докладывали наверх, каралась смертным приговором. Он допускал, что какой-то из снисходительных капитанов мог заменить казнь списанием на берег или иным наказанием, но в точности о таком не знал. Да и что можно было предпринять? Телесные наказания к военным морякам, имевшим чин лейтенанта и выше, не применялись. Высадить любовников на необитаемый остров? На разные острова - чтобы они не могли встречаться? Проще было обо всем этом не думать. Не сравнивать ощущения и не представлять себя вместо разложенного на столе своего приятеля, не давать воли мыслям. Морская служба тяжела - зачастую после вахты он просто валился с ног и мог думать разве что об ужине, а то и вовсе сразу же устраивался в своем гамаке.

После этого полбокала рейнского он почувствовал, что все же немного захмелел. Это ощущение примешивалось к сытости и было приятно, но ровно настолько же неуместно. До того как они перейдут в библиотеку, ему следует или не пить вовсе, или остановиться на одном лимонаде.
- Упускать важное не годится, милорд, - сказал он, на простых вещах проверяя свою способность ясно мыслить и ясно излагать мысли. Пожалуй, тренировка сейчас не будет лишней. - Но я уверен, мы с вами продвигаемся ровно так, как следует. Как я сказал в самом начале, мои ответы и рекомендации вам будут предельно честными. Вплоть до того, что они могут вам не понравиться. Простите, миледи, - Джеймс заставил себя снова взглянуть в блестящие темные глаза леди Гамильтон: ему нечего стыдиться и нечего избегать; напротив, избегание чего-то - признак нечистой совести, - я должен был это сказать. Ваш муж посвятил себя очень трудной задаче.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (03-06-2017 20:57:10)

0

107

- Мне не за что вас прощать, лейтенант. Я могу только поблагодарить вас. Моему мужу нужен искренний советчик, а не... льстец. Иначе в вашем сотрудничестве нет смысла. Проект моего супруга должен быть применим к жизни, – Миранда съела еще одну ложечку и слегка облизнула губы. Лейтенант будил страсть в ее теле, даже неловко стало сидеть, и она скрестила ноги под столом, слегка откинувшись назад. Как глупо, о чем она думает? Нужно помочь Томасу, а не развлекать лейтенанта настолько, чтобы отвлекать его. Еще в библиотеке она не могла и представить такого. Нужно собраться с мыслями. – Милорд, ведь именно об этом вы и говорили ранее?
Вежливое обращение жены к мужу, дань традиции, далось ей нелегко. «Милорд» – так обращалась она к Томасу в присутствии его отца и гостей, так обращалась к самому Альфреду Гамильтону. «Мой супруг», «дорогой», «лорд Томас» – никогда просто по имени. Возникшее в последние годы новшество новшеством и оставалось, не прижилось почти нигде. Кроме нее самой, к мужу так обращались при ней лишь Кэтрин Эш да Луиза Саттон, и то не всегда. В свою очередь, и Питер с Джорджем знают о взглядах ее и Томаса.
Быть может, стоило сразу дать понять лейтенанту, что Томас не сторонник жестких границ и здесь? О такой мелочи они не подумали: слишком привыкли общаться как равные, при неизменном уважении и готовности уступить с ее стороны. Но теперь ей показалось забавным поиграть с традициями. Лучше не рисковать понапрасну: начать общаться по-другому никогда не будет поздно. А возможно, ей нравится передразнивать лейтенанта? Не стоит ли и ему со временем оставить церемонии? Нет, нет... она несправедлива к бедному офицеру. Ведь и она пока не называет его по имени даже в мыслях.
Что до ее вопроса, то она не нуждалась в дополнительном разъяснении со стороны Томаса: «законы для людей» – куда яснее? И разве не известен ей его характер и идеалы? Однако к ней обратились, и ответные слова было не лишним снова привести к Томасу. Как в постели – если в постели трое, никогда не стоит сосредотачиваться целиком на ком-то одном, теряя из внимания другого. Полноценное взаимодействие всех участников – залог успеха как в любви, так и в делах.

[ava]http://sd.uploads.ru/euLzJ.jpg[/ava]

+1

108

- Разумеется, именно об этом. Мне нужен человек, который трезво будет смотреть на вещи, а не восторженно - на мой титул, - Томас улыбнулся и вернулся к трайфлу, отдавая должное искусству повара. Покончив с десертом, он отодвинул креманку - тут же унесенную предупредительным лакеем, - и чуть повернул голову.
- Джон, бренди в библиотеку.
Не дожидаясь подтверждения, он снова посмотрел на лейтенанта - мягко, чуть щурясь:
- Вы же не против перейти в библиотеку, мистер Макгроу? Или, если вы желаете курить, мы можем остановиться в курительной, пока моя очаровательная супруга развлечет себя книгой. У меня отличная библиотека, вы можете пользоваться ею, как сочтете нужным. В том числе, я счастливый обладатель некоторых весьма редких изданий, которые, возможно, я продемонстрирую вам позже, если вы пожелаете, конечно.
[icon]http://s4.uploads.ru/ByZ36.jpg[/icon]

0

109

Джеймс доел трайфл, запивая его лимонадом, - и, услышав распоряжение, только порадовался своему решению. Значит, все-таки бренди. Предложение покурить? Он же не курит, он сказал об этом в экипаже. Лорд Гамильтон не поверил? Считает, что все моряки должны курить? Дань вежливости? Или Гамильтон просто забыл о его ответе? А собственно... какая разница?
- Благодарю вас, милорд, я не курю. Предпочту перейти в библиотеку, - он замешкался, не зная, вставать ли прямо сейчас или позже, но вовремя сообразил, что это удачный момент поблагодарить леди Гамильтон за книгу, и продолжил: - Вы очень добры, милорд. Но пока что я бы предпочел еще раз посмотреть ту брошюру, тем более что ваша супруга уже подарила мне одну книгу. Миледи, - снова обратился он к Миранде и теперь посмотрел в ее глаза смелее, - я прочту ее так скоро, как только смогу. Обещаю вам.
На этот раз он не стал признаваться, что не знает языка, на котором написана эта книга, так как побоялся обидеть любезную леди или показаться невежливым. Он сказал Гамильтону - этого достаточно. Если тот захочет, сам все пояснит супруге. А его библиотека... отчего бы и нет, если этого потребует работа над проектом. У такого человека, как Томас Гамильтон, верно, есть много книг, из которых он черпает идеи.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

+1

110

«Редкие издания... Томас, что ты делаешь?.. Лейтенант и не подозревает, о каких именно редкостях ты говоришь. Не думаешь же ты в самом деле показывать ему Рочестера и Аретино?» Так она подумала, а вслух произнесла:
- Рада, что вам понравился подарок, лейтенант. Уверена, с учетом любви моего супруга к книгам, это лишь один из первых. Он любит книги еще больше меня. Собственно, муж и привил мне любовь к чтению серьезных вещей. Только позвольте ему – и он сотворит то же с вами, – Миранда перевела взгляд на Томаса. – Мой дорогой, простите мне эту шутку – вы знаете, как я уважаю ваш ум. Не могла удержаться.
Как ни хотелось ей полюбоваться красотой и смущением лейтенанта подольше, Миранда, аккуратно убрав салфетку с коленей, поднялась первой – чтобы мужчины могли располагать собой.
- Я бы действительно почитала сейчас. Воспользуюсь второй библиотекой, чтобы не отвлекать вас от дел.
Во второй, приватной, библиотеке и хранились упомянутые Томасом редкости*. Откровенные, скандальные, неблагопристойно иллюстрированные издания собирались ее мужем с тем же интересом и любовью, что и философские трактаты, и Миранда действительно собралась отправиться туда: утешить себя, пролистав какую-то из этих редкостей за еще одним бокалом вина. Как жаль, что нельзя сейчас пригласить Ричарда. Томас, конечно же, поймет истинный смысл ее слов: такие игры с намеками и умолчаниями любили они оба, и Томас только что это продемонстрировал. Она отплатила ему той же монетой: любя, конечно же. Томас поймет и это: должно быть, позабавившись.
Пройдет какое-то время, и Томас начнет отходить от строгого соблюдения этикета, как у него всегда бывало при тесном общении. Не стоит затягивать спектакль – иначе сложно потом будет немного приоткрыть лейтенанту дверь. В том, что они ее приоткроют, Миранда уже не сомневалась. Вопрос в том, насколько, когда и зачем. Не один вопрос... Но одно она вынесла из этого обеда точно: с лейтенантом возможно позволить себе большую откровенность. Позже. Нужно посмотреть, как он сработается с Томасом, и обсудить с Томасом впечатления. Друзья... хотя бы приятели добьются большего, чем просто люди, объединившие усилия согласно назначению сверху.

*О второй библиотеке Томаса также рассказывалось здесь и здесь.
[ava]http://sd.uploads.ru/euLzJ.jpg[/ava]

0

111

Джеймс поднялся сразу же за леди. Лорд Гамильтон высказал свое желание, леди Гамильтон встала - и сидеть далее он счел неверным. Леди обращалась теперь к мужу - и он стоял молча, опустив взгляд на скатерть, точно нашел на ней что-то занимательное. Его привечают в этом доме... что ж, это проверка для его тщеславия.
Против ожидания, он уже не чувствовал смущения от ожидания взглядов хозяев: быть может  потому, что вновь наступало время сугубо деловой беседы. Без очаровательной дамы. Джеймс поймал себя на том, что и рад этому - не будет повода переживать лишний раз, не выглядит ли он дураком, - и огорчен этим. Леди Гамильтон из тех женщин (он рассуждал так, хотя подобных ей женщин не видел до сих пор), которых замечаешь прежде всего, сколько бы ни было людей в комнате. Ее платье, кулон на ее груди, ее духи... Ее присутствие опьяняло - дело было лишь в степени; стоя рядом с ней, он чувствовал, как слабеют его ноги; сидя с другой стороны от нее, он был озадачен тем, как не выглядеть любующимся ею. А теперь он захмелел в действительности. Опасное сочетание и крайне мешающее думать над сложными и серьезными вопросами, на которые так горазд Томас Гамильтон. Поэтому к лучшему, что они сейчас разойдутся по разным комнатам. Ведь он увидит леди Гамильтон еще не раз.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (10-06-2017 05:02:06)

+1

112

Томас поднялся последним, сложив салфетку и улыбнулся обоим, и супруге, и гостю.
- Я буду рад, дорогая, если ты присоединишься к нам чуть позже. Я привык доверять твоему суждению, а ещё один свежий взгляд на вещи может быть весьма полезен. Мистер Макгроу, пойдёмте.
Он пошёл первым, показывая дорогу и не спеша. Хоть Барроумен наверняка уже позаботился о том, чтобы в библиотеке все было в порядке, Томас не видел нужды в спешке. Дорога до библиотеки - время собраться с мыслями и отбросить лишние эмоции. Рыжий лейтенант вызывал в нем симпатию, но симпатия могла осложнить все. Если он станет думать не о деле...
- Я буду с вами откровенен, и прошу в ответ такой же откровенности. Передо мной лежит задача, с которой справиться будет непросто хотя бы потому, что я не знаю в точности, с какого конца за неё браться. И в этом тоже мне нужна будет ваша помощь.
Интересно, лейтенант решит, что он безумен и сразу откланяется, или же сперва попытается мягко отговорить браться за это дело?[icon]http://s4.uploads.ru/ByZ36.jpg[/icon]

+2

113

Путь до библиотеки был недолгим, но гамильтоновское вино, поистине, подействовало на него сильнее, чем корабельный ром, и Джеймс не был уверен сейчас в выборе нужной двери. Дверь оказалась слева. Крайняя у окна, у очередной мраморной колонны, неподалеку от мраморного же бюста.
- Милорд, я уже понял, что вы хотите создать в Нассау образцовую колонию, - заметил он. - Вы подходите к проблеме вдумчиво. Меж тем вы сами не так давно назвали задуманное вами утопией, хоть и приписали эту мысль мне. В экипаже вы говорили о сумасшествии, по прибытии сюда - о безумии. Так, по-вашему, я должен судить о вашем замысле.
Джеймс остановился прямо перед дверью - вероятно, за мгновение до того, как лорд Гамильтон открыл бы ее. Перед дверью, за которой его ждали испытания и для ума - в виде вопросов и ответов, и для тела - в виде бренди, с которым ни в коем случае нельзя было переусердствовать во избежание позора. Хорош будет представитель Адмиралтейства! Напиться еще хуже, чем переесть.
- Прежде чем мы переступим этот порог, - произнес он слова, которые совсем не планировал говорить поначалу, - скажите, верите ли вы в успех своего предприятия.
Вот он это и сказал. Он не сможет скрыто противодействовать Гамильтону. Вот это было бы истинным безумием. Только вразумлять. Дело есть дело, они могут сделать его хорошо. Остальные варианты - слишком легкий путь.
- Помните, что я сказал о поражении? Стоит его представить - и вы уже наполовину проиграли. Если вы настроены на неудачу, мне лучше уйти.
Он точно пьян. Джеймс не понимал, куда его несет, он говорил, точно произносил речь на шканцах корабля.
- Вы допускали, что пираты были бы счастливы принять помилование*, и рассуждали о безвозмездном наделении людей землей** - что я могу услышать хуже? Только что, что вы рассматриваете это всерьез, а не прикидываете возможности. Милорд, политика - не живопись. Уверен, вы лучше меня разбираетесь и в том, и в другом, но позвольте дать вам совет: политика не допускает слишком вольных мазков. И возможности нарисовать новую картину поверх старой у вас не будет. Уделите внимание эскизу. Будьте со мной откровенны, как вы того и хотите, а я вновь попрошу рассказать вас о губернаторе. Только, милорд, - он встал перед Гамильтоном, закрывая ему дорогу и не понимая, откуда в нем это упрямство, - все это имеет смысл, если вы не скажете больше ни слова ни об утопии, ни о безумии. Предоставьте мне судить. Для этого я здесь.
С чего он так загорелся? Да, Гамильтон - не просто щеголь в пудреном парике, он умен, по всей видимости, добр, в придачу к этому наивен, ну и смел в силу своей наивности, но с чего так волноваться из-за него? Выслушивать идеи и отбрасывать невозможное, предлагая рациональные пути - вот и все, что нужно делать.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

* и **

Для удобства: про помилование (еще не как главную цель, просто как допущение) было упомянуто тут, а про землю - тут.

Отредактировано Джеймс Макгроу (10-06-2017 18:10:27)

0

114

Ее же путь лежал наверх, в личные покои. Выбрать книгу было несложно: французская пастораль в оригинале, написанная, как утверждал Томас, женщиной под мужским псевдонимом. Ничего особо примечательного; самым примечательным было то, что и во Франции, и в Англии печать этой книги была запрещена. Вывод о пользе верности в браке, который героиня делала в конце, ничуть не оправдывал в глазах критиков обилие откровенных сцен. Томас был склонен выводить заключения более лестные для автора, однако и он чаще цитировал строки из этого произведения ради шутки, а не в качестве примера владения слогом или мыслью.
С книгой в руке Миранда удалилась в свою спальню, куда Мэри принесла ей вина и конфет. Из головы не выходили слова Томаса. Вот как, присоединиться снова чуть позже? Томас планирует сделать первый же визит своего помощника таким продолжительным? Впрочем, отчего нет, если обсуждение увлекло их обоих? Мечта Томаса исполняется, пусть же использует шанс, предоставленный ему судьбой. Судьбой в лице его отца и Адмиралтейства.
Такую мысль стоило запить. Она сделала глоток вина и открыла книгу на титульном листе, где была изображена обнаженная дева, возлежавшая среди роз. Судя по выбору пейзажа, художника не заботило то, что реальная прелестница в такой ситуации непременно укололось бы шипами.
Пальцы Миранды соскользнули с листа и легли на атлас платья. Она не стала противиться искушению поддернуть юбки и направить руку под них. Что-то в облике и натуре лейтенанта Макгроу привело к тому, что в каждой ее жилке словно начало биться жидкое пламя, и этот жар было необходимо сбить. К чему страдать? Лейтенант, представляете ли вы, какой силы впечатление производите на других?
По мере удовлетворения этих жгучих стремлений она начала представлять другого, кто, в отличие от Макгроу, был доступен ей – и не только ей – при желании даже этой ночью. Ричард приедет, как только получит записку. Если он дома и если он не занят. Что он скажет об их новом знакомом, когда увидит его? Верно, первым делом придумает прозвище. По обыкновению, меткое – у Ричарда дар сочинять эпиграммы и прозвища.
Но она не позовет Ричарда этой ночью: Томасу захочется обсудить впечатления. Возможно, они заснут вместе, обнявшись, как это повелось между ними в последний год, даже если он будет не в настроении порадовать ее как мужчина. Скорее всего, не будет. Но ей дорого уже то, что мечтать о собственном муже нет нужды – роман с Ричардом сделал их по-настоящему близкими друг другу; а вот самого Ричарда ей недостает. За последние две недели Ричард был у них лишь несколько раз: Томаса, ожидающего назначения ему советника, целиком поглотил его проект, и он просиживал над книгами больше, чем в салонах или театре, позабыв о развлечениях.
[ava]http://sd.uploads.ru/euLzJ.jpg[/ava]

+1

115

- Судить, лейтенант, будет жизнь. Не берите на себя роль, которая вам не по плечу: госпожа судьба не любит такого, а ее фантазия в деле придумывания наказания куда шире человеческой.
Отодвинув Макгроу с дороги, Томас вошел в библиотеку, против ожидания не ощущая досады, напротив: неожиданное упрямство лейтенанта радовало, поскольку означало наличие у него способности думать и возражать, а не покорно соглашаться со всем, что взбредет в голову заявить Томасу.
- Не обижайтесь на меня, мистер Макгроу, я не имел цели вас оскорбить. Я буду с вами откровенен, и вы будьте откровенны со мной. Моя цель - наладить жизнь людей на Багамах, поскольку я глубоко убежден, что именно мирная жизнь простых людей покоится в основе богатств, прибывающих с островов. Багамы могут стать последним шансом на такую жизнь для сотен людей, в Англии обреченных на смерть. Да, с точки зрения закона они преступники. Но кто откажется от жизни,  пусть даже непростой, и предпочтет умереть? Присядьте, мистер Макгроу, и я налью нам бренди.
Томас сел первым, вытянул ноги вперед и поднял сосуд с янтарной жидкостью, ожидая, пока лейтенант сядет и подставит стакан.[icon]http://s4.uploads.ru/ByZ36.jpg[/icon]

+4

116

И вновь лорд Гамильтон сказал то, что показывало: он смотрит на вещи шире, гораздо шире, чем люди привычного ему круга. И вновь Джеймс почувствовал себя обезоруженным. Он мог бы возразить: судьбу стоит брать в свои руки, однако чувствовал правоту и этих слов. Правоту, которую он не мог объяснить словами.
Он вошел в библиотеку следом за Гамильтоном, подумав, что ему тут нравится. Книги, стол, кресла... все устроено компактно и рационально, точно в капитанской каюте. Приемная по своим масштабам напоминала скорее о залах в Адмиралтействе, и, находясь там, он чувствовал себя прежде всего гостем, библиотека же создавала рабочее настроение. Но не успел Джеймс насладиться предвкушением содержательного, чисто делового разговора, каковой и должен быть между политиком и его советником - морским офицером, как его вновь озадачили.
Он сел, сам того не осознавая, и рука его двинулась словно независимо от него самого, подставляя стакан. Все усилия разума ушли на то, чтобы осмыслить сказанное Томасом Гамильтоном. Так в бою не осознают, как переместились из одной точки на палубе в другую, не чувствуют на коже брызги от волн, будучи сосредоточены только на точности и скорости пушечной стрельбы.
- Простите, милорд, я не совсем понимаю, - Джеймс наблюдал, как бренди льется в его стакан. - Вы хотите в качестве колонистов привезти в Нассау преступников?
Бывшие заключенные? Это их Томас Гамильтон хочет наделить землей с условием достойной работы в течение трех лет? Нью-Провиденс почти полвека сопротивляется попыткам наладить устойчивую коммерцию, и он хочет, только-только искоренив пиратов, собрать колонию не из мирных людей?
Он шел к цели против ветра, в бейдевинд с переменными галсами. Он лавировал, и сейчас снова предстояло сменить галс, чтобы не потерять ветер.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (12-06-2017 03:12:10)

+2

117

- Хотите возразить, мистер Макгроу? - Томас улыбнулся. - Не всех подряд. Только тех сперва, кто правильно воспримет второй шанс. Кто хочет выбраться из ямы, куда загнал сам себя. Толпа жаждет зрелищ, и кто откажется от возможности мирной жизни перед угрозой виселицы? И с угрозой вернуть на виселицу, если начнется брожение умов: без следствия, кто был зачинщиком? Они сами станут держать друг друга в узде, боясь казни. Лейтенант, мои идеи могут казаться утопическими, но я все-таки смотрю на мир и вижу все его грани, чего, к сожалению, не способны понять мои противники. Сможете ли вы?
Гамильтон замолчал, позволяя собеседнику высказаться. Несомненно, лейтенанту есть, что сказать, и это может стать ценным замечанием, если он не свалится в славословия.[icon]http://s4.uploads.ru/ByZ36.jpg[/icon]

+1

118

На этот раз Джеймс крепко задумался. Дело принимало скверный оборот. Он ясно помнил слова Хеннесси о том, что лорды-собственники Багамских островов терпят убытки, что в Нассау нужно навести порядок, чем и решил заняться один из лордов, Альфред Гамильтон, он же граф Эшборн. В этом деле ему не обойтись без содействия флота, а проект он поручил сыну. Подобные слова ясно свидетельствовали о том, что граф озабочен прибылью, а не реформами. Более того, с этих же слов начал сам молодой лорд Гамильтон. Теперь же можно было утверждать наверняка, что сын графа ставит перед собой совсем иную цель. Вот что имел в виду Хеннесси, говоря о присмотре...
Нет, не надо сейчас думать о Хеннесси. Ему задали вопрос... следует отвечать. Джеймс посмотрел на бокал. Гамильтон пока не пил, и он не пробовал бренди тоже, стараясь быть осторожным, как и планировал.
- Вы хотите, чтобы я посмотрел на мир вашими глазами, милорд? Когда ясно, что мы придерживаемся разных взглядов? - малодушно начал он отвечать вопросом на вопрос и, будто в подтверждение своих слов взглянув в глаза собеседника, взгляду которых он затруднялся подобрать определение (лучше всего подходило "понимающий"), продолжил: - Извольте, я скажу, что думаю по этому поводу. Я могу понять ваших противников. Вы хотите осчастливить сразу всех. Милорд, неразумно, только-только покончив с пиратством, привозить на остров колонию из осужденных - на ваших условиях. Даже если они того захотят, - он говорил сейчас с Гамильтоном, будто с маленьким ребенком. - Поверьте, я знаю. Под моим началом были такие люди. Осужденные за разбой, воры, поджигатели, браконьеры. Флот они предпочли виселице, тюрьме и высылке в колонии Нового Света. Именно так, милорд. Чем вы привлечете их, что пообещаете взамен каторги? Новые, человеколюбивые порядки? Участок земли и собственный дом через три года? Работу не на износ? Вы правда надеетесь, что они станут держать друг друга в узде? Скажу вам так: первому, чему учат на корабле, это дисциплина. Людям простым и необразованным, уже познавшим нарушение закона, нужны четкие правила и уверенность в неотвратимости наказания. Не забывайте и о том, что в Нассау есть губернатор, и он может не поддержать вас. Не забывайте о доверии местных жителей.
Джеймс перевел дух. Положение виделось ему безвыходным. Можно отправить в Нассау корабль с бывшими заключенными. Пусть их будет немного. Как обустроить их жизнь? Наравне с обычными людьми? Угроза действует, когда есть понимание ее неотвратимости. Готов ли Гамильтон действительно вешать? Или стоит держать их первый год за оградой? Если так возиться из человеколюбия, то к чему менять пиратов на сухопутных преступников? Пусть строит свою Утопию сразу с пиратами, будто нет по их поводу политических дрязг и обвинений в пособничестве врагам королевы. Безумие. Неосуществимо. Незаданных вопросов было много, однако и спрошено было достаточно, и Джеймс пока что умолк. Чтобы чем-то занять руки, он взял брошюру, пафосное воззвание в которой читал до обеда, но пока что не открывал ее снова. Подумалось, что его ответ мог расстроить идеалиста-прожектера, и ему почему-то стало неловко.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

Отредактировано Джеймс Макгроу (19-06-2017 20:27:35)

+1

119

- Я желаю людям лучшего, но смотрю на вещи без прикрас, мистер Макгроу. Пираты могут стать отличным началом для обновленных Багам, однако какая их часть погибнет в процессе восстановления английского владычества? Погибших придется заменять, и следует заранее решить, кем. Смогут ли простые, мирные люди выжить рядом с бывшими пиратами? - глоток бренди прокатился по языку, раскрывая свой вкус. - Разумеется, в первое время придется вешать в назидание. Не путайте человеколюбие с глупостью, Джеймс! Человеческая природа такова, что законы, даже самые справедливые, должны подтверждаться неотвратимостью наказания и безжалостностью судебной системы.
Он забылся, вконец забылся, подумалось Томасу, и румянец разлился по щекам. Назвать лейтенанта по имени! Впрочем, если они станут партнерами, не будут же они раскланиваться? В этом доме иные порядки, иные привычки, иные правила.[icon]http://s4.uploads.ru/ByZ36.jpg[/icon]

0

120

Джеймс пытался трезво оценить услышанное. «Пираты могут стать отличным началом» - каково? Выходит, первая фраза о помиловании была сказана с умыслом? Неужели лорд Гамильтон надеется на помилование от королевы? Другая часть речи была уже разумна, если не считать того, что к нему обратились по имени. А смущение Гамильтона удивило его едва ли не больше, чем обмолвка. Джеймс предпочел открыть так удачно взятую в руки брошюру. На соседней с воззванием странице был напечатан памфлет, повествующий об ужасах пиратства. В части, посвященной нравам морских разбойников, его щедро приправили  цветистыми словечками: памфлет в изданной на деньги правительства брошюре был профессионально замаскирован под народное творчество, как и обложка.
Выигрывая еще немного времени на раздумья, Джеймс отпил бренди из бокала. Неожиданно тонкий орехово-медовый букет заставил его желать нового глотка, а то и вовсе расслабиться и прикрыть глаза, но, разумеется, для лейтенанта королевского флота, ведущего деловую беседу, это стало бы еще более неподобающей вещью, чем проявившееся невнимание молодого Гамильтона, избалованного жизнью везунчика, к этикету. Военному без титула, даже титула учтивости,  приходится следить за собой строже, чем аристократу. Уточнять отношение Гамильтона к помилованию, на взгляд Джеймса, не несло на этой стадии никакого практического смысла. Его можно понять: скорее всего, он хочет подсластить горькое лекарство, амнистировав с десяток-другой пиратов, показав пример милости. Вероятно, разрешение на несколько показательных помилований Корона и даст. Это детали. Лучше вернуться к тому, что они оставили как раз на послеобеденное время.
- Милорд, я говорил вам: нам придется учитывать не только проблему пиратов. Должен повторить свой прежний вопрос: как вы оцениваете деятельность нынешнего губернатора?
Если Томасу Гамильтону и стоило быть откровенным, то, как полагал Джеймс, прежде всего в этом вопросе.
[ava]http://s8.uploads.ru/N8UOK.jpg[/ava]

0


Вы здесь » 1704-1714 » Старый Свет » Посредник из Адмиралтейства (май 1705 года)